Байки из open space

— Ну, ты доволен?

— Спасибо. Правда, спасибо, — искренне повторил Страхов.

— А дальше что делать будешь?

— Попробую уговорить Кощея, — скривился пятый зам, — или умру, пытаясь.

***

В вотчину Бессмертного Фобос Деймосович ворвался, как неукротимый вихрь, размашистым шагом протопав мимо пучеглазой секретарши прямо к двери кабинета.

— Не, ну ваще, а? — возмутилась секретарь, укоряюще подняв наманикюренный пальчик, готовая выписать предупреждение кровавой вязью прямо на спине нарушителя корпоративного этикета.

Нагло проигнорировав офисного цербера, нарушитель схватился за дверную ручку, но нажать на нее не успел: его сбил с ног чудовищный вой, в котором без труда можно было различить слова простой человеческой просьбы: «КУДА БЕЗ ЗАПИСИ ЛЕЗЕШЬ, КОЗЕЛ?!».

Фобос лежал ничком на полу и стремительно осознавал, что его поход к Кощею окончился фиаско, не успев начаться. Конечно же, он знал, что у шефа новая секретарша, но то, что она баньши, – нет.

— Таня, ну зачем ты так? Это же Страхов, мой помощник.

— Ну, а чего он без записи?

Пятый зам с трудом поднялся на ноги, но при этом он все равно ощущал себя где-то на уровне плинтуса: долговязая фигура Кощея возвышалась над ним, подобно Цитадели Мрака.

— Ты проходи, проходи. Поговорим, — неизменно ровным и умиротворяющим тоном предложил непосредственный руководитель и направился в свой кабинет.

      Начальство «СиламЗла» досталось видное, потому как, несмотря на гигантский рост и нездоровую худобу, Константин Викторович Бессмертный производил впечатление приятное: его глубокий гипнотический голос на раз зачаровывал бандерлогов на собрании акционеров; седые волосы всегда были аккуратно уложены; лицо с острыми скулами выражало доброжелательность… И только глубоко посаженные цепкие темные глаза выдавали в этом молодящемся мужчине опасного глубоководного обитателя бизнес-океана.

Страхов понимал, что надо было с чего-то начать защитную речь, сразу же заинтересовать Бессмертного, иначе дело проиграно, вот только наследственная чуйка говорила совсем другое: что трепыхайся теперь, не трепыхайся, а песенка спета. Однако, уже находясь на ковре у начальства, стоило хотя бы попытаться.