РОСТЕРИЯ 1

– Хотя на самом деле, неважно, - и растянул губы в бессмысленной улыбке, поддержав шутливый настрой учителя.

 - А теперь подумай, как я могу выглядеть хоть относительно хорошо, - лицо мужчины вмиг посуровело, такие мягкие ещё секунду назад глаза блеснули сталью, - если мои подопечные во время серьёзнейших переговоров позволяют себе вольности и глупые шутки? Более того, вы не просто лишаете себя шанса узнать о постоянно меняющейся ситуации из первых уст – вы отбираете этот шанс у своего товарища, опоздавшего, что я, кстати, тоже не одобряю, - и бросил строгий взгляд в сторону Витьки, - потому что не люблю неорганизованность, но ему, в отличие от вас, хотя бы стыдно за проступок.

Я не представляю, как мы подготовимся с такой хромающей дисциплиной. А если бы, в конце концов, в то время как вы дурачились, здесь присутствовала бы настоящая опасность, например, профессиональный шпион, от которых вы сами вызвались нас оберегать? А?

От подобного напора оба великана повесили головы, сцепили руки в замочек, ковыряя почву носком сапога, и едва не шмыгали носом.

 - Очень надеюсь, этого больше не повторится, - хмуро закончил ПаПе, - я не даю вторых шансов.

 - Мы обещаем, - проревел громила с высоты своего двухметрового роста. – Простите нас.

 - Видите, как легко всегда прийти к компромиссу, - мгновенно смягчился тот, - я сделал замечание, вы поняли и, надеюсь, усвоили.

Можете остаться караульными, если считаете, что справитесь с этим заданием.

Парни благодарно закивали и, с двойным усердием отдав честь («Это уже лишнее, не рабовладелец же я», - поморщился мужчина), встали по краям ворот, закаменев.

 - Виктор, - мальчик подпрыгнул, услышав своё имя и подобострастно глядя на учителя, - пойдём в зал.

Стражники раскрыли двери ещё шире, как будто внутрь готовилась пройти целая толпа. Юноша семенил за мужчиной. В помещении оказалось очень светло – множество старых ржавых фонарей развешано по трём бугристым глиняным стенам. Вместо четвёртой красовалось нагромождение булыжников и разного сора толщиной примерно в десяток метров, скреплённое для надёжности каким-то раствором серо-бурого цвета.