РОСТЕРИЯ 1

Сегодня Александра чувствовала себя приемлемо, поэтому в данный момент они с Лизаветой сидели в зальной комнате, поедали жареную курицу с яичницей, запивали всё это морсом и лениво играли в карты.

 - Хм… А если… Так? – пробормотала Саня, чуть приподнимаясь в кресле и скидывая пару валетов на журнальный столик. Лиза бросила туда быстрый взгляд из-за собственного веера карт. Задумчиво и нервозно покусала изнутри щёку. Она ещё несколько раз переводила взор с колоды на сестру и обратно, задумчиво проводила пальцами по картонным загнутым пожелтевшим краешкам и резко отдёргивала.

Младшая девочка, приложив холодную ладонь к ноющему животу и заулыбавшись, с убеждённостью предположила, что у блондинки есть, чем бить карты, но она не уверена, стоило ли ради этого отдавать какого-нибудь, к примеру, козырного короля.

 - Слушай, у тебя лицо такое… сложное, - хихикнула Саша.

 - Не надо на меня смотреть! – возмутилась Лиза. – Имею право подумать! Не в покер играю.

 - Ты лучше тузами не свети, - поддразнила её сестра и игриво изогнулась, словно бы заглядывая в колоду сестры.

Девушка испуганно поплотнее прижала клетчатый веер к груди, но, осознав, что над ней насмехаются, быстро щёлкнула им по Саниному носу.

 - Ух я тебя! – замахнулась на веселящуюся девочку блондинка. – Если бы не болела. Чтобы знала, каково это, над старшими издеваться!

 - Ты ход свой уже сделаешь, или нет? – прыснула та. Елизавета вздохнула, покачала головой и, в конце концов, взяла злосчастных валетов, глядя на них крайне осуждающе.

Саша с довольным видом откинулась обратно и целиком поместила горячий желток в рот, заев хлебным гренком.

 - Очень вкусно, спасибо, - пробубнила девочка, покачав пустой тарелкой, после чего была удостоена ястребиного взгляда из-под бровей.

 - Я тебе готовлю, первый раз в жизни, могла бы, между прочим, и подыграть, - пробормотала средняя Заболоцкая, - в конце концов, тебе со мной до осени одной жить.

Последние несколько дней маленькому ребёнку кухарки Зинки нездоровилось, и женщина могла работать только полдня, отпрашиваясь после обеда.

Лизавета решила не говорить об этом маме и папе и разобраться во всём самой, в конце концов, девочки уже взрослые и в состоянии состряпать ужин, к тому же, благодаря этому девочки до ночи оставались в особняке одни (не считая круглосуточную охрану, конечно же) и были бесконечно рады этому.

 - Вот так угроза! – закашлялась Алекс, не прекращая улыбаться.