РОСТЕРИЯ 1

С одной стороны, тайна перестаёт быть тайной, если о ней знают трое и более, а с другой Саша почти никогда не совала свой нос в чужие дела и не изнуряла допросами, и она, хотя любила поговорить, была не болтлива и с достаточным количеством костей в языке.

 - Мы с ним встречаемся здесь, на участке вокруг особняка, - неохотно ответила она. Сестра подавилась шоколадной конфетой.

 - Тогда я не понимаю, зачем весь этот спектакль. Вы, ребята, артисты самые настоящие, если родители всё и так знают, почему я должна была скрывать?.

.

 - Они ничего не знают.

Молчание длилось, кажется, десять минут, на самом же деле секунд сорок. Александра старательно пережёвывала и переваривала информацию, очевидно, не найдя причин не верить блондинке.

 - А с этого момента, если можно, поподробнее.

И Лизавета всё ей рассказала: о ночных визитах Митьки, о том, что охранники у ворот ничего подозрительного не видели и не замечали, и как бы Лиза их ни расспрашивала и даже ни угрожала, ничего толкового добиться от них не смогла (они не имели понятия о семье Моряковых вообще), о том, что сама годами пыталась подкараулить мальчишку, но тщетно.

 - Какие дела… - пробормотала впечатлённая девочка. При следующей встрече с Димой нужно будет осторожно у него всё повыспрашивать, потому что здесь дело явно нечисто или, по крайней мере, неясно. Но ещё больше Александру поразило то, что, оказывается, не только у неё с ребятами есть секреты от Лизаветы, но и у ребят с Лизаветой от неё. Вот так, не постесняюсь сказать, паутина интриг, осталось только им с сестрой сговориться против Мити, и будет полный комплект.

И внезапно в голову Александры пришла страшная и сюрреалистичная мысль: а вдруг Лиза тоже упрашивает Морякова подружиться с Сашей, чтобы не разрываться между близкими ей людьми, а мальчишка слушает, со всем соглашается, да тихонько насмехается над обеими? Невозможно, нет, бред душевнобольного! Ух, взрыв мозга…

 - Эй! – щёлк пальцами у неё перед носом. – Пора тебе уже выходить из транса, только медленно, потихоньку.

Саша с трудом вернулась в себя и сфокусировала взгляд.

 - А ты никогда его не спрашивала? Как, мол, да зачем.

 - Спрашивала, разумеется, - фыркнула старшая Заболоцкая.

 - А он?

 - Не отвечает, разумеется! – она немного помолчала. – Это его головоломка, загадка. Уже который год не могу решить… Он говорит, что если я сама пойму, каким образом ему удаётся проникать сюда незамеченным, то он отрицать не будет и подтвердит.