Зачистка

Почему меня понесло на стройку именно в тот момент, и почему мужик решил попрактиковаться в татуаже именно на мне? А если он болеет чем-то заразным? А если он маньяк и специально заражает людей СПИДом или новым штаммом гриппа? Ну в больницу проверяться я не пойду. Во первых, даже не знаю к какому врачу, во вторых ненавижу я больницы, ну а в третьих — город у нас маленький — моментально до родителей дойдет. А не дай бог обнаружат что-то, «сделают» из меня наркомана или еще хуже гомосека. Нет, буду надеяться, что все хорошо.

***

Будильник на мобилке завопил «Я свободен словно птица в небесах!». Хорошо ему, подумал я пытаясь проснуться, а кому-то на нелюбимую работу идти. Три часа утра, блин. Надо было на полчаса позже сигнал ставить — еще мог поспать. Полежу десять минут и будет легче. Нет! Если я сейчас не встану, то не смогу.

Побрел в ванную, «татуха» на плече никуда не делась, поставил чайник и высыпал кофе из стика в кружку — поможет проснуться. Рука все еще болит. Это плохо. Интересно сколько она будет заживать? Пока чайник закипает опять в ванную и вылил перекись на плечо не жалея.

Не забыть бы еще паспорт и трудовую книжку взять на работу, пусть ставят там свои печати или что они там делают. Отстреляюсь и домой спать. А вечером придумаю чего поинтереснее.

***

На пересечении Пушкина и Солнечной было пусто. Я снял наушники и осмотрелся по сторонам. Посмотришь налево — пусто. Посмотришь направо — пусто. Темно. Уличные фонари еще еще не выключили, нормальные люди спят в тепленьких кроватях.

Когда я уже третий раз собирался идти домой подрулил старый ПАЗик. Делали же когда-то автобусы, старый, ржавый, убогий а на ходу наверное лет сто.

С шипением и скрипом открылась передняя дверь и выглянула баба. Здоровенная и такая же громкая, как выглядит. На груди очки болтаются, маленькие такие.

— Ты что ли Ванька? — пробасила она и я только кивнул, мой голос бы писком показался на ее фоне.

— Давай паспорт и поехали! Времени на сопли нет!

Я дрожащими руками протянул бабе-бригадиру паспорт вместе с трудовой, а потом забрался в конец автобуса, на самое неприметное место — стараясь не отсвечивать.

Ну я и попал. Одно бабье! Ни одного не то что парня моего возраста — ни одного мужика! Только шоферюга из наших, но с ним я ни разу словом не перекинулся. Он тут типа особой касты, его дело бабье на уборку возить, а не дружить с ними.