"Посмотри на меня во тьме..."

Из глубины этой небывалой чащи донеслись глухие проклятия. Снова ударили выстрелы, но листья и чашечки серебряных цветов лишь зазвенели, отбрасывая пули прочь.Влад устало вытер пот со лба и победно улыбнулся. Все это время он стоял и что-то шептал, напряженно ссутулив плечи и сжав кулаки, словно боец на ринге.

- Получилось, - выдохнул он. – Но это еще не все…

Влад не успел договорить. Прогремел одинокий выстрел. И единственная пуля, каким-то злым чудом проникшая сквозь строй волшебных цветов, врезалась в стену и рикошетом ударила моего друга в плечо.

Он пошатнулся и начал падать.Я подхватил Влада. Регина вскрикнула и яростно ударила кулаком по стене. По тому самому месту, где среди синих волн был выложен серебряной смальтой цветущий остров.В тот же миг стена разъехалась на две половины, открывая смутно освещенный проход.За нашими спинами громыхнуло снова. Гневно зазвенели, словно закричали, сорванные взрывом цветы.

- У них, похоже, гранаты, - хрипло шепнул Влад. – Они пытаются прорваться к нам. Бросьте меня…

- Оставь самопожертвование книжным героям! – рявкнул я, поднимая друга с земли.

– Мы выберемся отсюда вместе, понял, сочинитель?

Регина подхватила писателя с другой стороны, и мы ринулись в полутемный коридор.Не помню, как мы бежали, и что видели в этих бесконечных переходах. Коридор изгибался, под причудливыми углами сворачивая то направо, то налево, но хотя бы не ветвился и не устраивал перекрестков. Владислав с силой опирался на мое плечо, однако ногами пока что перебирал сам, хоть и не слишком быстро.

- Надо остановиться, чтоб перевязать ему рану, - крикнула Регина.

Влад замотал головой.

- Нет! Рубашка уже присохла, и кровь остановилась. Задерживаться нельзя! За нами гонятся – вы слышите?

Я не слышал ничего, кроме смутного гула. Может, это просто кровь стучала в ушах? И все же пол под ногами еле заметно подрагивал, будто где-то в глубине острова начиналось землетрясение. Мой друг тяжело вздохнул и, пошатываясь, бросился вперед. Я снова подставил ему плечо и услышал горячий шепот:

- Корни волшебного цветка, ставшего стальной лозой, все глубже и глубже уходили в недра земли.

Сжимая камни, сотрясая само основание древнего мыса. Земля дрожала от гнева, а цветы подогревали его, словно приказывая ей уничтожить, стереть с собственной поверхности тех, кто несет в этот мир лишь зло!..

- Он бредит? – испуганно подумал я, ускоряя шаг. – Или опять сочиняет что-то?

Тут пол, действительно, затрясся, а с низкого потолка посыпались камни.