999999999 маны - Том 1

Коротышка, что весь разговор глупо пялился на нас, почесал затылок.

— Так эм… я что-то не догоняю. Парням угрожает опасность? И… Мы ведь уже вызвались помощь! Ведь так? — он посмотрел на меня, я кивнул. — Нам нужно помочь им!

— Даже если вы уже вызвали СВОЮ помощь, что вы нам предлагаете? Бросится всем вместе назад, к поезду, и не вызывать НАШУ помощь? Хотя это в любом случае невозможно. Мы обязаны действовать по регламенту, рассчитанном на подобные случаи.

Коротышка захлопал глазами.

— И вам я предлагаю не геройствовать, а отправиться вместе с нами.

Надо полагать, это куда безопаснее, — предложил Шмидт Д. из вежливости и глянул на проводника. Тот, нахмурившись, кивнул.

В этот момент шестерёнки в голове Никиты начали сходиться воедино.

— Вы хотите, чтобы я пацанов там оставил? У нас так не принято, они бы меня не бросили!..

— Помолчи, — остановил я начавшего снова распыляться Коротышку, кое-что всё ещё не давало мне покоя. — Какой еще пункт связи? Даже у меня есть телефон, а у вас на весь поезд нет одной рации? Вы серьёзно?

Проводник замялся.

А вот Шмидт Д. ответил:

— По всему городу глушится связь. Отсюда вопрос: что у тебя за телефон такой, что работает, несмотря на глушилки? Нет, не так, откуда он у тебя?

Я хмуро посмотрел на него, не собираясь отвечать на это, и, после недолгой паузы, наконец, произнес:

— Прожатый стоп кран — это не проблема, из-за которой невозможно продолжить движение и нужно идти к какому-то...

— Пацан, ты забываешься, — перебил меня Шмидт Д. — И тратишь время.

Последний раз спрашиваю, вы пойдёте с нами?

Я заскрежетал зубами. Какая-то чертовщина.

— Да что тут решать, — Коротышка фыркнул и тут же быстрым шагом направился по обратной дороге. — Ясно же, что мы своих не кинем. Да, Марк?

Он обернулся и посмотрел на меня так, словно ждал однозначного ответа.

Глава 8

Мы на всех парах неслись по направлению к поезду. Спешка сделала своё дело, и обратная дорога заняла куда меньше времени, чем должна была.

Я не мог ему отказать. Как и не мог позволить себе не звонить службам отца.

Можете назвать меня глупцом, я и сам это понимаю. Но я просто не мог поступить иначе. Даже если все люди в поезде уже мертвы, Никита — нет. Согласиться на предложение Шмитда и оставить Коротышку одного — это, считай, обречь его если уж не на смерть, то на долгое и сомнительное ожидание прихода спасателей.

У меня была мысль — отдать ему телефон, чтобы люди отца отправились спасать Никиту, рассчитывая встретить меня.