Annuit Coeptis

Аккуратно зачерпнула из тарелки, и поднесла ложку к плотно закрытым губам Георгия. Куриный бульон пах очень недурственно. Желудок ответил утробным урчанием.

— Не упрямьтесь, вам лучше поесть, — сказала ряженая крестьянка на чисто русском языке. — Пока вы живы, у вас есть хоть какая-то надежда на спасение, а умерев, вы уже никому не поможете.

— Вы — русская? — удивился летчик.

— Мать была русской. Ей было девять лет, когда им пришлось эмигрировать во Францию, а когда вышла замуж, уехала в Берлин.

Она и учила меня языку. Но сейчас это не важно, важно чтобы вы поели.

Георгий проглотил содержимое ложки и затем забрал ее.

— Я вполне могу поесть сам. — «Не хватало еще, чтобы он ел из рук фашистских оккупантов!» — Как вас зовут?

— Эрна. А вас, кажется, — Георгий?

Ложка едва заметно дрогнула в руках. «Ах, да, документы…»

— По-нашему Георг, — повторила Эрна.

 — Вы не против, если я буду вас так называть? Мне так будет привычнее. — Ну вот, вы уже улыбаетесь, значит пойдете на поправку! Доктор говорит, здоровье у вас как у быка! Или как у медведя. Большого русского медведя! У-у-у…

Эрна изобразила как, по ее мнению, должен бы выглядеть страшный медведь, встающий на дыбы. Получалось забавно.

— Где я нахожусь? — Георгию не давала покоя мысль о немецком плену, как он попал сюда.

— Вы в нашей научной деревне Зонненланце. Не бойтесь, вам не сделают ничего дурного, если вы будете искренны с вождем.

— С вождем?

— Да. Он, кажется, уже посещал вас. Оберштурмбаннфюрер Готтард. Он руководит и научным центром, и поселенцами.

Ее перебил металлический звон. Доктор уронил со стола железную миску и оттуда по полу разлетелись какие-то крючки, скальпели и всякого другого жуткого вида инструменты.

— Verdammt! Alles muss wieder gewaschen werden!

Он быстро собрал их обратно и вместе с миской вышел на улицу. Эрна проводила его взглядом.

— Профессор Вернер весьма своеобразный человек! Его никогда не поймешь. Одно слово — гений!

С этим бы Георгий поспорил. Гений и злодейство вещь несовместимая.

— Кушайте! — Эрна вернула ему в руку оставленную в тарелке ложку.