Маски зверя

Поглядывая на нас, индейцы встали с обеих сторон от Зрячего и вполголоса что-то доказывали ему, то и дело эмоционально указывая на собственные скулы и на лоб. «Всё ясно с вами!» – усмехнулась я. Он-то, глядевший в другую сторону в момент, когда я прожестикулировала, не понял, чего они вдруг всполошились, а также не понял, почему я, совершенно незнакомый человек, так панибратски вдруг поздоровалась с ним, как с коллегой. А они убеждают его, чтобы подойти к нам и разобраться со свалившейся проблемой. 

Наконец, Зрячий пожал плечами и неохотно поплёлся к нам.

Да что он какой квёлый! Чем, какой работой его нагрузили, из-за чего он еле переставляет ноги?

Но первым именно он начал разговор.

- Простите, девушка, почему вы назвали меня коллегой?

Я скептически посмотрела на него, потом на миротворцев. Пока единственное, что мне не нравилось, – то, что сидим в неподходящем месте. Мебельный магазин этот торгует довольно дешёвой мебелью, и сюда часто заходят люди. И наверняка через какое-то время на крыльце будет несколько человек.

Серьёзно не поговоришь. Кажется, Димыч думал о том же. С восторгом глядя на индейцев, он немного важно сказал:

- Здесь есть полуподвальный кафетерий. Там можно посидеть немного и поболтать. Думаю, ваши индейцы не откажутся от нашего предложения. 

Зрячий обернулся к миротворцам, а потом ошарашенно – к нам.

- Индейцы?.. Вы… Зрячие, - медленно констатировал он. – Коллеги. Хорошо. Показывайте, где тут ваш кафетерий.

В кафетерии было тихо – весело перекликались только продавщицы.

Из семи столиков занят лишь один – женщиной с двумя детьми, которые то ли не проснулись, то ли были хорошо воспитанными, отчего вели себя тихонько. Мы впятером заняли один столик, добавив к нему ещё один стул, благо продавцы не возражали. Заказывал Зрячий. Только у нас спросил, какие пирожные будем. Официантка записала пожелания и ушла. А я заметила, что миротворцы не отказались от кофе с сахаром, зато Зрячий заказал себе чёрный, без сахара. Он же в ожидании заказа представился:

- Меня зовут Олег.

 

Миротворцев, насторожённо изучающих нас, он не представил, но я спокойно восприняла их молчание. Они же ещё не знают, с кем именно столкнула их судьба. Судя по всему: по коротким ножнам у бедра, которые я теперь, не торопясь, разглядела; по одежде, удобной для боя или драк, – они и правда воины. Мне было легко представить, как они не отбиваются, а атакуют гиен, которые бы осмелились полезть на них – и в любом количестве.

Мы назвали свои имена.