Атомка

Вскрытие черепа и извлечение головного мозга, разрез кожи от подбородка до лобка, чтобы получить доступ к грудной и брюшной полости, изъятие из глазных яблок стекловидного тела… К концу первого часа аутопсии все органы жертвы были взвешены и внимательно изучены под лампой. Не только затем, чтобы выявить наличие повреждений, – внешний вид органа и особенно окраска могут показать, имело ли место отравление: если ткани малиново-красные – углеродом, если алые – цианидами… Бурые и красноватые жидкости стекали со стола из нержавеющей стали в расположенный под ним слив.

Точными, до миллиметра выверенными движениями патологоанатом вскрыл желудок и стал исследовать содержимое. Взял пробы и поместил их в две специальные пробирки, каждую из которых аккуратно надписал. Затем перешел к мочевому пузырю и здесь тоже взял пробы.

– В пузыре полно мочи. Сильное охлаждение, должно быть, помешало ему облегчиться. Все это пойдет к токсикологам.

Люси провела рукой по лицу. Запахов она больше не чувствовала: ее обонятельные клетки пресытились, – но ощущала, что выпотрошенное тело, разложенное перед ней на столе, не превратилось в кучу требухи, что это человек и что он кричит о своей боли, муках, бессилии.

Она подумала о родителях Гамблена. Наверное, новость им уже известна, наверное, они еще не пришли в себя. Их мир никогда больше не будет таким, как был. Она попыталась представить себе лица, реакции этих незнакомых ей людей. Был ли Кристоф их единственным сыном? Общался ли он с родителями?

Люси почувствовала, как перемещается во времени и пространстве.

В прозекторской внезапно смерклось, и Энебель оказалась за ее пределами. Услышала, как стучат в двери ее квартиры… Ночью… Увидела, как загорается свет в темных комнатах – далеко, очень далеко от нее… Маленькое сожженное тельце, только ножки остались нетронутыми – наверное, были чем-то защищены от огня…

От света хирургической лампы стало больно глазам. Люси вдруг развернулась, кинулась к двери, толкнула, шатаясь, выбежала в коридор. Ее вырвало, и она соскользнула по стене, зажав голову руками.

Все вокруг кружилось.

Чуть позже подошел Шене:

– Может, пойдешь приляжешь?

Люси покачала головой. Во рту было скверно, на глазах выступили слезы, она с трудом поднялась:

– Прости, со мной сроду такого не случалось, я думала, что…

Она замолчала. Шене взял ее под руку и, поддерживая, повел по коридору.

– Сейчас все уберу. Не переживай: дело просто в небольшом раздражении окончаний блуждающего нерва.