Атомка

Последним подарком судьбы стала изморось, оседавшая каплями на ветровом стекле, утомлявшая глаза и, кажется, замерзавшая на асфальте. Температура снаружи снизилась до минус одного, шоссе сделалось опасным, по всем трем полосам транспорт двигался со скоростью не больше пятидесяти километров в час. Наконец они добрались до гор, смутно белевших вершинами, и долго еще ехали по темному пространству, пока – примерно к полуночи – не достигли Шамбери. Городок напоминал большую кошку, свернувшуюся клубком на каменной подстилке.

Они вышли из машины, потягиваясь и разминая затекшие ноги. Холод был собачий, от сырости начало капать из носа. Отдел, который занимался в конторе командировками, забронировал им номер в гостинице с двумя звездами – да здравствует бережливость! – но Шарко воспользовался собственным бумажником и выбрал куда более уютную трехзвездочную, с видом на горы.

Оба они совершенно вымотались, потому, как только приняли душ и Люси помассировала лодыжку, отправились в постель, где наконец прильнули друг к дружке.

Шарко ласково поглаживал шею подруги – Париж был далеко, мучившие комиссара тайны отступили, и он чувствовал себя куда лучше.

– Как хорошо здесь, с тобой, – прошептал Франк. – Надеюсь, мы скоро сможем отправиться в такое же милое местечко, но без дела об убийстве на руках. У тебя к тому времени вырастет хорошенький кругленький животик, и мы сможем загадывать на будущее… – Люси молчала. – Все семейные люди загадывают на будущее…

В голосе Франка звучала нежность, но Люси ухитрилась расслышать упрек:

– А я, значит, думаю только о прошлом, ты это имеешь в виду?

– Я ничего похожего не говорил.

– Не говорил – подразумевал. Слушай, Франк, дал бы ты мне еще немного времени, а?

– Я могу дать тебе сколько угодно времени, но неужели ты на самом деле считаешь, что маленький все изменит – и ты перестанешь о них думать?

Она опять промолчала. Неужели ей нечего сказать, нечего ответить? Франк осмелился ступить на опасную почву:

– Ты же знаешь, все может быть ровно наоборот! И при этом не сомневаешься в том, что сможешь любить нашего малыша ради него самого?

– Да.

Да, я совершенно в этом уверена! С той минуты, как я ее увижу, все мои мысли будут только о будущем. И обо всем прекрасном, что мы станем делать все вместе: ты, она и я. Я так хочу, чтобы мы были счастливы…

Теперь промолчал Франк. Они тихонько, легкими прикосновениями ласкали друг друга.