Разлом/Освобождение

— Живо открыл дверь иначе упеку тебя за противление закону, слышишь меня, ты, шизик хренов!

— Не могли бы вы, — робко начал Виктор, — подойти к глазку?

— Ты допрыгался, ублюдок! — рявкнул голос сквозь зубы. — Чего встал? Ломай дверь!

Не прошло и мгновения, как дверь протяжно затрещала. Виктор не успел опомниться, как его дверь, защиту от целого мира, сняли с петель. А после, могучая и дико заросшая лапища схватилась за дерево и рывком вывернула дверь. Виктор так и стоял оторопело глядел на двух созданий в полицейской форме.

Тощий, но удивительно высокий и крепко сбитый уродец с увечной физиономией сжимал монтировку. Рядом стоял толстяк с пастью, как у муравья, но со свисающими, как у свиньи щеками, — розовая и жирная кожа соседствовала с крепкими, чёрными жвалами.

— Ну всё, падаль, — щёлкнули жвалы, — хана тебе!

Как таран, жирный полицейский понёсся на хозяина квартиры, — легко схватил, поднял, и, не сбавляя, а наращивая скорость, впечатал Виктора спиной в стену.

— Вы имеете право.

.. — начал высокий уродец, заходя в квартиру.

— Заткни пасть! — не оборачиваясь вновь рявкнул толстяк. — Здесь я главный! И только я решаю, какие у него есть права, а каких нет!

Высокий уродец послушно замолк, продолжая идти к толстяку, а тот, щёлкая жвалами перед самым лицом Виктора, спросил:

— Ну что, будешь сам признание писать... или помочь?

Виктор не понимал, что происходит. Он не мог осознать, кто перед ним. Да, он признал полицейскую форму, но... не походили вломившиеся в его дом на блюстителей порядка и закона.

Замешкался. Промолчал, когда от него ждали ответа. За что ощутимо получил в живот, настолько, что бессильно подкосились ноги, но хватка монстра с жвалами и обвисшими щеками была крепкой.

— Молчишь, тварь? Молчишь? Ну я тебе!

Толстяк одним небрежным движением отшвырнул Виктора. Мужчина упал на пол рядом с диваном. Голова вспыхнула от боли, а из груди выбило воздух.

Тощий, высокий уродец бросил компаньону:

— Он нам нужен живым... пока что...

отдохни немного.

— Ты мне указывать ещё будешь? — рявкнул толстяк, круто обернувшись и подскочив к сослуживцу.

— Нам нужна подпись, — как ни в чём не бывало, не замечая щёлкающих рядом с шеей жвал, сказал уродец.

Монстр взревел, а после одним ударом опрокинул старый, тяжёлый книжный шкаф. Направляясь к холодильнику, бросил:

— Делай своё дело... у тебя время пока... — и только теперь, оглянувшись, толстяк увидел телевизор и уже повеселевшим голосом сказал.