Разлом/Освобождение

И его заботливая матушка, и простые крестьяне, не желали его гневать, — даже те, кто успел его невзлюбить за крутой нрав, боялись, что от злости, того и гляди, помрёт!

Молодой аристократ, — бледный, ужасно худущий, с впалыми глазами и тяжёлым дыханием, — ясно понимал, что та мысленная карта, меж различных трудов алхимиков, которую он составил, — не гарант успеха. Он понимал, что мог ошибиться с той или иной формулировкой. Пользуясь всеми теми знаниями о языках и речевых употреблениях различных эпох, он раз за разом перепроверял себя.

Да, придёт новый год. Да, вновь наступит лето. И да, можно будет подправить оплошность, если таковая будет, и провести ритуал так, как должно. Но молодой аристократ чувствовал, что если не справиться, то... не сможет больше заставить себя прочитать и слова. Что сожжёт библиотеку. Что... что не вытерпит такого испытания и вернёт ссуду посредством крови. Ведь, не останется в нём попросту сил продолжать жить.

***

"Это... это, — пытался подумать молодой, истощённый телом, аристократ, едва окончив ритуал и по-новому оглядывая привычный мир. — Это невероятно!"

Мысленная усталость, которая сопровождала его всё это время, в один момент просто растворилась. Её не стало. Пропала без следа. И бегло замечая различные предметы, вокруг себя, растения и деревья вдалеке, он одинаково легко, без усилий и напряжения мог рассказать о самых неожиданных их свойствах и применениях.

Если прежде его ум можно было сравнить с быстротечной, но крайне узкой и мелководной рекой, то теперь его мысли стали бурным, безбрежным потоком, способным опрокидывать целые корабли.

Ещё стоя в начертанном им самим круге, оглядывая руны, и одновременно по памяти вспоминая все прочитанные им книги по алхимии, мужчина ужасался: "Какая удача! Ведь столько возможностей для ошибки.

Вспоминать абсолютно весь текст, прочитанных ранее книг, нисколько его не обременяло. Он точно мог вспомнить каждое слово. И переосмысление всего того, что было им прочитано по алхимии, отняло не более чем десяток минут. В десять минут, стоя под полной луной на безоблачном небе, он смог понять и открыть значительно больше тайн и секретов уже умерших мудрецов, чем за пол года!

Но это ещё не стало главным его преимуществом.