Gataca, или Проект «Феникс»

Я свое дело сделал, остальное меня не касается.

– Не касается? Привет! Тебя же видели в зале суда! Ты так усердно посещал все заседания, будто это очень даже тебя касалось!

– Я вообще часто присутствую на заседаниях суда, когда рассматриваются наиболее серьезные из моих дел. Ну а тут я еще и в отпуске был.

– Вот я, когда у меня отпуск, еду на рыбалку или в горы. – Он повернулся к Леблону: – А ты?

Гад растянул узкие губы в подобии улыбки, и взгляд Маньяна вернулся к Шарко. Теперь хозяин кабинета был спокойным и насмешливым:

– А ты, значит, предпочитаешь зал суда… Ну что ж, каждому свое.

Скажи, а тебе известны враги Юро?

– Среди всех родителей, живущих во Франции?

Долгая пауза, в течение которой действующие лица мерили друг друга взглядами. Наконец Маньян бросил на стол ручку и наклонился вперед, буравя глазами комиссара:

– Ты знал, что его выпустили?

Шарко ни секунды не колебался и ответил вполне искренне:

– Да. Последние годы Юро пробыл в больнице Сальпетриер: его перевели туда, чтобы подготовить к освобождению.

А я там лечился в течение нескольких месяцев – думаю, знаете от чего.

Леблон неприятно улыбнулся.

– И вы там встречались?

– Хочешь сказать, в палате для буйнопомешанных с мягкими стенами?

– Зачем же так? Что-то больно ты нервный сегодня.

Шарко потер лоб. Солнце весь день било в окна, но стены оставались сырыми, будто зараженные грибком. Все помещение было пропитано накопившимися за годы запахами пота, табака, старой мебели.

– Нет, представляешь? – ответил он гаду. – Пока ты драил в армии сортиры, я уже делал ровно то, что тебе надо делать сейчас. Сажал за решетку. Вы за кого меня принимаете, а? За идиота? Вам хочется мне напакостить? Отравить мне жизнь только из-за того, что я был знаком с жертвой? Почему? За что? Только за то, что мне хотелось работать в другой команде?

– Иди ты со своей паранойей! Тебя просят немножко помочь, не более того.

И напоминаю: мы говорим без свидетелей. Так встречались вы с Юро в больнице или нет?

– Случалось. Наши отделения были рядом.

– А после того, как он выписался из психушки, ты его видел?

– Два дня назад, в Венсенском лесу, и не в лучшем состоянии.

– Ты и сам не в лучшем состоянии, приятель, – парировал гад. – С тех пор, как ты потерял жену и дочь, ты не можешь отделаться от черных мыслей, и тебе везде мерещатся заговоры.