Истории стражей: душа Сирены

– Б-блин, ты чего? Встань, пожалуйста! Я тоже рада познакомиться, и можно на «ты»! Мы же ровесницы!

– На «ты»? Хорошо… – Катя заметила разбросанные по комнате вещи, и улыбка её мигом увяла. – Ой, простите. Аня такая неряха. Я сейчас всё уберу…

Ник стремительно подскочил к ней, развернул к двери, нашёптывая что-то. Слов было не разобрать, но Катя, покивав, одарила певицу ещё одной глупой улыбкой и выскользнула в коридор.

– Отправил её на кухню за чаем, – вздохнул Ник, собирая с пола бельё и рубашки. – Давай наведём здесь порядок, а то она обидится и будет плакать, пока Аня не придёт… Даш? Опять на коней любуешься?

– А? Нет.

– Даша, покачав головой, решила для начала заправить постель. Ник оказался прав, подумала она, грубиянка Аня хотя бы не вызывала такого щемящего чувства жалости. – Как думаешь, она и на улице всем подряд кланяется?

– Вряд ли. Думаю, без Ани она ездит только на такси, до Нейта и обратно. Хм… – Ник с задумчивым видом покрутил в руках замысловатую конструкцию из прозрачных бретелек и двух склеенных крестиками кусочков чёрной ткани.

– Смотри, какая интересная штучка. Не хочешь примерить?

– Сам примерь, – буркнула Даша и тут же отвернулась, пряча заалевшие от буйной игры воображения щёки.

***

Пока ждали Аню, успели отобедать капустным супом и пирожками с рисом. Хоть Даша вполне наелась в кафешке, но обижать отказом Катю, так похожую сейчас на маленькую наивную девочку, всё же не решилась. «Девочка» мило щебетала, развлекая гостей историями своей студенческой жизни, и совсем не замечала, насколько фальшивы их улыбки.

От супа перешли к чаю с домашним печеньем. Катя свою чашку опустошила одним глотком и потянулась за телефоном, чтобы показать друзьям невесть кем сделанную запись первого концерта. Та звучала просто чудовищно, Даша еле сдерживала желание выкинуть мобильник в окно, а Катя, перепутав мелодии, звонко смеялась, уверяя, что никогда не слышала лучшего исполнения классических эстрадных песен.

В конце концов они оставили Катю мыть посуду, а сами сбежали в спальню, где упали на кровать, тяжело дыша, словно только что покорили Эверест.

Даша водрузила на голову пахнущую клубничным шампунем подушку, попыталась успокоиться, но спутанный клубок мыслей о нелёгкой доле сестёр, о Лие, о Нике, сидевшем рядом, никак не хотел расплетаться. Вконец измучившись, она громко, картинно застонала. Как раз в тот момент, когда в спальню входила потеряшка-Аня с большими пакетами в руках.