Магические безобразия

– Ты остался без друзей, но это не повод закрываться в этой комнате, – сказал Рин, появляясь рядом с мальчиком и мягко кладя руку ему на плечо. – Ты можешь найти новых. Тебе нужно ходить в школу и не давать повода для волнения своим близким.

– Для этого я просматривал это кино? – раздраженно спросил Кирилл, поднимаясь. Почувствовав облегчение, он вновь огляделся по сторонам. Пространство искажалось, возвращая комнату на место. – Что это было? Иллюзия? Фокус?

– Нет, ни то ни другое, – Рин вновь вернулся к отстраненному выражению лица, достал леденец, легким движением снял обертку и принялся есть.

– Давай оставим твой вопрос без ответа. Пусть поработает твое воображение. А насчет друзей я не шутил. Смотри, теперь у тебя есть целых два друга – я и Варя. Мы будем ждать тебя в школе. Пойдем, ассистент, нам пора.

Как всегда, стремительный, маг первым направился к выходу, крайне довольный результатом своей деятельности. Варя, видевшая с Кириллом одно и тоже, была поражена не меньше его, но старалась делать вид, что давно привыкла.

 Скомкано попрощавшись, девочка поспешила за магом.

[1] Японская металл-группа.

5-8

5

Воскресное утро второй учебной недели радостно потирало ладони. За окном снова лежала серость, съевшая солнце на горе всем горожанам. В небольшой комнате царствовала тишина, нарушаемая лишь звуком черного будильника, про который сегодня благополучно забыли. Серость окна скрашивали несколько цветов в горшке, прикрытые легкими занавесками цвета крем-брюле. Возле окна стоял темно-коричневый письменный стол, с аккуратно расставленными книгами и тетрадями, здесь же лежал и Джо.

У дальней стены, справа от входной двери, пузырясь деревянными боками, расположился шкаф с большим зеркалом во весь рост. А у правой стены помещалась кровать, где спала Варя Измайлова, накрытая одеялом до самого носа, повернувшись к стене. 

После пятничного похода к Кириллу девочке хватило впечатлений, и субботние занятия прошли спокойно. Больше к Рину она не заходила, решив прийти в себя.

Поэтому это воскресенье Варя надеялась провести без чудачеств и волшебства. 

В дверь тихонько постучали, а через несколько секунд она открылась, являя мужчину лет тридцати трех, черноволосого, с карими глазами, в которых играли смешинки. Это был брат ее отца, работающий в IT-компании, приходящий все время поздно и отдыхающий крайне редко.

– Варвара, ты собираешься вставать? – спросил дядя Егор. – Уже начало двенадцатого! Ты проспишь всю жизнь.