Книга первая. Медиум

Потом я разрывал контакт с чужими физическими страданиями и, держа в памяти эти ощущения, защипывал разрез пинцетом, пытаясь их воспроизвести уже с собой.

В таком режиме время ведет себя странно. Оно одновременно и летит, и ползет улиткой. К тому моменту, когда зазвонил стационарный телефон в каморке, я не мог понять, прошел час или десять минут.

Подняв трубку, я услышал голос самого главврача сего заведения.

– Алло, Сергей Анатольевич! Извините, что побеспокоила, но тут мне с регистратуры девочки звонят, говорят, что к вам посетитель просится.

Черт, совсем ведь забыл предупредить местную администрацию о визите федерала. Все Лунин виноват, заболтал меня совсем!

– Надежда Васильевна, что вы такое говорите! – Наигранно возмутился я, подпуская в голос веселья. – Я не ожидал от вас таких познаний жаргона!

На том конце провода что-то смущенно пробормотали, в попытке оправдаться, приняв, видимо, мою шутку юмора за чистую монету.

– Выделите, пожалуйста, ему сопровождающего, – быстро переключился я, чтобы зазря не смущать хорошего человека, – а я пока тут у себя порядочек наведу.

– Ой, ну что вы, Сергей, – по голосу было слышно, что главврач заулыбалась, отчего даже забыла добавить отчество, хотя всегда предпочитала его упоминать в обращении ко мне, – ничего подобного! За ту помощь, которую вы нашему скромному заведению оказываете, я готова хоть каждый день вашим секретарем лично подрабатывать!

– Спасибо на добром слове, но я ни за что не позволю себе подобным образом вас эксплуатировать! У вас совсем другое призвание, Надежда Васильевна, вам людей нужно спасать.

– Я сейчас же отправлю к вам посетителя. И, знаете что Сергей Анатольевич? Спасибо вам большое за все, что вы делаете. Вы просто святой…

И в трубке раздались короткие гудки.

Ох, Надежда Васильевна, наивная вы женщина. Знала б ты, чем я здесь на самом деле занимаюсь и для чего прихожу, то прокляла бы…

Пока ФСБшник топал ко мне в берлогу, я привел кабинет в относительный порядок – смахнул марлей кровь со стола, примотал бинтом толстый ватный тампон к очередному надрезу, убрал испачканные в крови инструменты и накинул пиджак обратно на себя.

Схватив со стола открытую еще при Лунине банку колы, с грустью отметил, что она совершенно пуста. Полез было за новой, не успел даже дойти до холодильника, как дверь без стука распахнулась.