Memento mori

Марко присоединяться к веселью не торопился. Пил уже теплый компот мелкими глотками и слушал.

И Крис взорвался:

— Знаешь, я ведь тоже не железный! И в медицинский из-за тебя пошел, чтобы ты в своем сновиденьи не сдохла!

От взгляда Анна по спине словно куском льда провели. Захотелось с головой укутаться в теплое покрывало и не высовываться.

— Я, кажется, тебя об этом не просила. Мог бы и в семинарии остаться, никто не был против.

Криса передернуло. Он вспомнил бесконечные галереи, статуи, полные тьмы ниши в узких коридорах и запрет жечь свет после определенного часа.

Контраст с кампусом, в котором он обитал теперь был разительным. Вернуться в прошлое Крис не хотел ни за что на свете и первым пошел на мировую:

— Извини. Накипело. Не очень приятно чувствовать тебя третьим лишним.

Марко закашлялся:

— Третий лишний здесь явно не ты. Ладно, рассказывай, как живешь. Есть какие-то новости?

Особенных не было, но за разговором лед отчуждения начал таять, и Крис решился поделиться тем, что старался забыть:

— Когда нас впервые привели в морг, я думал, не смогу переступить порог.

В каждой тени Агата чудилась. А уж когда увидел на столе тело и понял, что будет вскрытие…

Крис замолчал, заново переживая прошлое.

Полумрак казенных коридоров с каталками вдоль стен, и контрастом — яркое освещение прозекторской. Холодные блики отражаются от нержавейки секционного стола, пляшут на стали медицинских инструментов. Звук капающей воды — кто-то, помыв руки, не закрутил до конца кран.

И запах. Вонь формалина, хлорки и крови проникала повсюду, пропитывала одежду и волосы. Она долго преследовала Криса, заставляя просыпаться в холодном поту.

— Не надо, — попросила Анна. — Не вспоминай.

Крис притворился, что не слышит:

— Вид вскрытого тела, органокомплекс, этот запах… Они стали моим кошмаром на несколько недель. А потом я понял, что ничего не происходит. Ну, снится. Ну, воняет. И все. Ни голосов, ни призраков… Агата была страшнее.

— Получается, клин клином?

— Получается, мертвым, настоящим мертвым — все равно.

— И как узнать, кто из трупов — действительно покойник? — хмыкнул Марко.

Крис усмехнулся:

— Никак. Можно только верить… или убедить себя, что тело на столе — всего лишь учебное пособие. И, знаешь, мне это удалось: на протяжении нескольких месяцев ничего не происходило. Я вставал к столу, ассистировал, оставался даже во внеучебное время, договаривался, чтобы разрешили попрактиковаться.