София слышит зеркала

Я выставила руки ладонями вперёд, серебро с ногтей перебралось полностью на кисть. Сверкнуло зеркальное рваное полотно, отражаемое со всех сторон невидимыми углами Зеркалья.

Мой преследователь завыл и рухнул на землю. Он хотел тут же встать, но по полю вдруг пронёсся зеркальный импульс такой силы, что покрыл всю площадь до леса. Я не удержалась на ногах и шлёпнулась на пятую точку.

Ночное небо вздрогнуло, мерзкий хохот умолк и тут же обернулся испуганным насмерть писком. Я замерла на месте, не зная что делать.

Кто это расшвыривается горгоньими приёмами?

То есть… я сама их применила, когда преследователь упал на землю. Но здесь они усилены в несколько раз. Простому зеркальщику такое не под силу.

Раздался шорох. Кто-то тяжело ступал на примятые колосья. Очень тяжело и медленно. Будто увидел меня давно, но пока так и не решил, что со мной сделать.

Ладони неожиданно взмокли, я снова сжала кулаки, приготовившись сделать ещё один не менее впечатляющий горгоний жест.

Он появился из тьмы, как луна скрылась за тучами, отказавшись освещать безобразие, происходившее на поле.

Подошедший остановился от меня в нескольких шагах. Я почувствовала себя неуютно. Явно же разглядывает, как обезьянку в цирке. И, кажется, засмеяться и подразнить ему хочется куда больше, чем угостить бананом.

— М-да уж, — произнёс этот кто-то. — Я его убью.

Минута тишины, а потом меня резко ухватили за плечо и поставили на ноги.

Я успела только взвизгнуть и приготовилась высказать нахалу всё, что думаю, однако тут рассмотрела его лицо.

Глава 4. Душа на поводке

Крампе подозревал, что будут неприятности, но что прямо так сразу — нет. Стоило Софии исчезнуть в зеркале, как её неугомонная подруга вскрикнула и почти кинулась за ней. Правда, только почти. Крампе успел коснуться руки Ярославы и еле слышно шепнуть:

— Спи.

Девушка замерла с широко раскрытыми глазами. Со стороны могло показаться, что она увлечённо разглядывает цветочный магазинчик через дорогу — только и всего. Пришлось на всякий случай подхватить под руку, придав себе и ей вид беззаботной парочки.

Клаус посмотрел на него с укоризной.

— Вот только не надо сейчас меня учить, — скучающим тоном попросил Крампе. — Знаешь ли, у меня был отпуск.

В серебристо-серых глазах Клауса не отразилось и намёка на смущение. Вообще было ощущение, что он смотрит сквозь Крампе и стоявшую рядом Ярославу куда-то в пасмурную даль.

— Помоги ей, — холодно уронил Клаус.

Крампе и бровью не повёл.