Тамплиеры. Призраки прошлого

В этот момент он понял, что наяву такой магический опыт ему был бы не по силам. Значит это сон, пришло радостное понимание.

Но несмотря на это Андрей не мог убедить себя в малозначительности происходящего. Внутренний голос заставлял вести себя так, будто все это очень важно. Незнакомец подошел к импровизированной преграде вплотную. Остановился, уткнувшись в щит. Медленно поднял голову, из-под капюшона показался четко очерченный волевой подбородок, остро блеснули голубые глаза. Поднял вперед обе руки и начал раздвигать щит Андрея посередине.

Тонкая материя стала растягиваться, утончаясь посередине, грозя разойтись надвое. Андрей понял, что если балахон его увидит, это может окончиться плохо для юноши. Произойдет что-то, могущее повлиять на его реальную жизнь.

Поэтому Белов сосредоточился, представил себе квартиру, где он спал и неимоверным усилием заставил себя открыть глаза. В тот же миг щит разорвался, а Андрей исчез из непонятного пугающего сна. Рывком уселся на кровати, чувствуя облегчение. Осознал, что он весь мокрый от пота и быстро пошел принимать душ.

Наступило утро очередного дня.

В это утро Ветров проснулся с дикой болью в области затылка. Несмотря на то, что накануне он лег спать рано, Володя не выспался и чувствовал себя разбитым. Почесав взлохмаченную голову, он поплелся на кухню. Выпил несколько болеутоляющих таблеток, заварил крепчайший кофе. Однако ужасная усталость не проходила, поэтому Ветров добрел до спальни и рухнул обратно в постель. Володя понял, что никуда сегодня он не пойдет, потому что, наверное, заболел.

Слабой рукой он включил телевизор и закутался в теплый плед, настроившись на долгий домашний арест.

Громов вырулил на Садовое кольцо, влился в поток машин, спешащих на работу. Сегодня ему нужно было встретиться с оперативником, работающим в столичном УБОП. 

Костя посмотрел на часы. Времени было достаточно, он успевал к назначенному времени. Однако поводы для беспокойства у него имелись. Он в который раз посмотрел в зеркало заднего вида.

"Фольксваген", несколько минут висевший у него на хвосте, затерялся позади. Других машин, которые следовали бы за машиной Громова, он не заметил. Но все же годами выработанные инстинкты выживания упрямо говорили ему о том, что за ним следят. Это ощущение прямо таки свербило где-то в подсознании. 

Потратив десять минут на всевозможные ухищрения, полностью исключившие вариант негласной слежки, Костя подъехал к припаркованному у обочины "Опелю" своего знакомого.