Хроники гномки, или путь целительницы

Тяжелый запах с привкусом металла в воздухе. Крики и стоны раненых стражников, лежащих на полу. 

Ей бросилось в глаза рассеченное неведомым оружием лицо, с распоротой щекой и начисто срезанным ухом. Человек был бледен, но в сознании, все время норовя пощупать здоровой рукой кровоточащую рану. Другая рука висела бессильной плетью, по-видимому, сломанная в нескольких местах.

Двое стражников, тоже в крови и помятых доспехах, удерживали здоровую руку пострадавшего.

Другой, еще молодой, всё время кричал – грудь его была темно-алой от пропитанной кровью рубахи под кольчугой, вспоротой посередине груди.

Решетчатая дверь, ведущая в тюремный коридор, сейчас была поднята, из темноты прохода доносились голоса и шум.

Чао уже склонился над одним из раненых, лежавшим на боку, и лишь глухо постанывающим, прижав колени к животу.

На морде пандарена были написаны крайняя усталость и безысходность.

- Лика, - позвал он. - Мне понадобится твоя помощь…

Лика, устыдившись собственного замешательства, преодолевая тошноту и страх, приблизилась к нему и опустилась на липкий от крови и грязи пол.

- Попробуй облегчить ему боль, - сквозь сжатые зубы проговорил пандарен, - мне нужно осмотреть рану… Где Лилиан? – этот вопрос был адресован стражникам.

- Она… - стражник замялся. - Она там, в коридоре…

Лика осторожно держала в ладонях голову человека, пока Чао, негромко беседуя с ним, пытался осмотреть живот пострадавшего. Когда ему удалось отвести колени, Лика едва не потеряла сознание, при виде зияющей раны на животе, в которой что-то пульсировало.

Чао сорвал крышку с какого-то флакона и начал выливать содержимое прямо на рану, отчего человек забился и закричал. Лика зажмурилась. Она совершенно не была готова к такому. Она не знала, что делать. Однако, то ли из-за усталости, то ли из-за чрезмерной насыщенности этого дня на события, она поймала себя на том, что не испытывает прежней паники. Стоило осознать это, и в голове появилась ясность, и нужные слова всплыли в памяти сами собой.

Лика почувствовала, как волна тепла разливается под её ладонями, а кричащий и вырывающийся человек вдруг начинает успокаиваться.

Она открыла глаза и поразилась. Рана, минуту назад выглядевшая огромной, сейчас была значительно меньше. Пандарен стянул её края и теперь аккуратно орудовал необычной изогнутой иглой, накладывая на них короткие одиночные стежки. – Внутренние органы не задеты, - бормотал он про себя.