Хроники гномки, или путь целительницы

Лику трясло и побрасывало на ухабах и поворотах; от стоявшего запаха перегара к горлу подкатывала тошнота. Её новенькие жреческие одеяния успели испачкаться о грязные сапоги Терранса, почти упиравшихся в неё. Она постаралась отодвинуться как можно дальше, вжавшись в каркас чоппера.

Терранс застонал и заворочался. Места для него было явно мало, и всё, чего ему удалось добиться, это занять полусидячее положение так, что теперь его голова была прямо перед Ликой.

Всматриваясь в пряди седины на его висках, морщины, висящую мешками под глазами кожу и свежие ссадины на лбу, Лика почувствовала, как её первоначальный испуг испаряется, уступая место жалости.

- Голова... - пробормотал он и скривился.

Под действием неожиданного порыва, Лика положила ему ладони на лоб и, задержав дыхание, сконцентрировалась на его боли. На какой-то миг окружающий мир перестал существовать, и тогда она произнесла Слово.

Она ощутила, как волна духовной энергии прокатилась по её рукам, достигла кончиков пальцев и влилась в плоть под ними.

Торренс снова застонал, но на этот раз его голос звучал не так глухо.

- Приехали! - лонеслось до неё.

Лика открыла глаза.

Они находились в уже знакомом ей Старом Городе, недалеко от того места, где, казалось, сто лет тому назад, она встретила дренея Пыха.

Лика недоумевающе посмотрела на братьев, вытаскивающих Терранса из люльки.

- Разве мы не в бараки его должны были везти?

- Какие еще бараки, - отмахнулся Вилли. - Он тут живет вон в том доме – дойдет, проспится, протрезвеет, поправится.  Да он и сейчас уже почти как огурчик!

И, действительно, Терранс стоял достаточно прямо, почти не шатаясь.

Взгляд его прояснился, он потирал вывернутую дворфом руку.

- Дойдешь сам до кровати, Терранс? – спросил его Билли.

Тот не глядя кивнул, и сделал неуверенный шаг вперед.

- Куда, болезный? Дом не помнишь в какой стороне? – захохотал Вилли.

Но Терранс не обращая внимания сделал еще один шаг и посмотрел прямо Лике в глаза.

- Сп-пасибо вам, госпожа... – еле слышно прошептал он. На секунду Лике показалось, что грязь, оборванные одежды и запах перегара куда-то пропали, осталось только лицо и грустные глаза.

Мгновением спустя Терранс ссутулился и неровной походкой побрел в сторону дома.

- Вот, - удовлетворенно сказал Билли.