Хроники гномки, или путь целительницы

- Своих, вон, бритых карликов иди полечи – им твои услуги скоро очень понадобятся… Если понадобятся!

Дородная дворфка всплеснула руками и что-то сказала на дворфийском, который Лика хоть и понимала, но из-за стоящего шума и обиды, стучавшей кровью в ушах, не разобрала ни слова.

Она подошла к Чао, который склонился над раненым. Только сейчас она обратила внимание, что у пандарена на плече висела сумка, которая в данный момент была открыта.

- …ничего страшного, сильная контузия от удара рельсой по голове, - говорил тем временем Чао, одновременно растирая в лапах какие-то листья, отчего в воздухе появился резкий едкий запах.

- Если бы у вас, дворфов, были мозги, можно было бы говорить о сотрясении, но это не тот случай. С этими словами, он поднес растертые листья к носу дворфа. Первые несколько секунд не было никакой реакции, потом дворф сморщил нос, оглушительно чихнул и открыл глаза.

- Где я? – пробормотал он.

- В чертогах Одина! – буркнул медведь, переходя к следующему пострадавшему.

Тот уже, по-видимому, пришел в себя, поскольку глаза его были открыты, но говорить по-прежнему не мог, только тяжело со свистом дышал. На губах дворфа пузырилась розовая пена, грудная клетка часто вздымалась, а сквозь перепачканную сажей рубаху проступали алые разводы. Дворф хрипло закашлялся, и выплюнул сгусток крови.

Притихшие товарищи, окружавшие его, не сводили глаз с Чао, с озабоченным видом склонившегося над раненым. В одной из его лап блеснул клинок ножа и Лика едва не вскрикнула, когда ей показалось, что пандарен пырнул им лежачего. Секундой спустя, она поняла, что тот лишь рассек рубаху на груди. Но даже легкое прикосновение к груди пострадавшего вызвало очередной приступ кашля и стон боли.

- Плохо дело… - пробормотал Чао, хмурясь.

- Что... что с ним такое? – рыжий дворф, один из тех, что стояли рядом, присел на корточки и норовил заглянуть Чао под лапу. 

- Ребра сломаны… Несколько… Легкое повреждено… - словно разговаривая сам с собой, бормотал пандарен. – Да убери ты отсюда свою бороду!

- Слышь, косолапый, ты давай, делай что-нибудь! – заорал кто-то за спиной Лики.

Толпа дворфов загудела, и надвинулась.