Комната мертвых

Из-за ночных перепадов температуры судмедэксперт установил лишь приблизительное время наступления смерти – между полуночью и тремя часами утра. Входная дверь не взломана. Это здание должно скоро пойти под снос, а пока сюда складывают бобины от кабелей. Мать девочки позвонила в полицию в три часа утра, встревоженная тем, что от мужа нет никаких известий. За два часа до того он повез выкуп в условленное место – то есть как раз сюда.

Равье наклонился к окну, слегка поморщившись от бившего в глаза яркого света ламп.

– Жена Кюнара занимается покупкой и продажей текстильных предприятий. Меньше чем за год она уволила больше ста десяти сотрудников. Судя по отзывам, холодна как лед и неумолима как смерть, на подчиненных ей плевать. Она и ее муж постоянно получали письма с угрозами и анонимные звонки в любое время дня и ночи. Звонили мужчины, женщины, даже дети! Неплохо для начала, как считаете? Так что задел для работы у нас есть…

– Криминалисты что-нибудь нашли? – спросил Норман.

Равье поиграл желваками:

– Ничего утешительного.

Хренова куча отпечатков, и ни одного годного.

– Как так?

– Отпечатки на стекле, на полу и на дверной ручке обработали цианоакрилатом метила. Флюоресцирующий краситель среагировал – это выявило присутствие жира. Стало быть, убийца не надевал перчатки. И вместе с тем – следы папиллярных узоров полностью отсутствуют! Только контуры фаланг! Как будто их оставил призрак…

Норман, явно удивленный, приблизился к грязному стеклу.

– И что это значит? Насколько я знаю, папиллярных линий у человека не может не быть.

Пусть в самом слабом виде, но они есть у всех, и узор не меняется с рождения до смерти… Разве что…

– Руки убийцы обожжены… или что-то в этом роде, – продолжила Люси.

Равье кивнул.

– Но это не единственная странность, – добавил он. – Здесь какое-то безумие…

Сквозь завесу мерцающих пылинок Норман и Люси обменялись взглядами, в которых читалось одно и то же: ну и дела, капитан явно не в своей тарелке…

– Тело было расположено… как бы это сказать… в общем, странно.

Девочка сидела на полу, ноги слегка раздвинуты, руки лежат между ними. Волосы аккуратно причесаны и перевязаны лентой. Несмотря на холод, на ней был только домашний халат из очень тонкой материи. И тело, и одежда пропахли выделанной кожей – очень стойкий, резкий запах… Когда я вошел…

Равье непроизвольно вздрогнул и после паузы продолжал:

– …мне в первый момент почудилось, что она еще жива.