Чистая смерть

Когда с помощью Нелли ему удалось встать на ноги, он тяжело оперся на нее, обхватив за плечи. Левую ладонь он не отрывал от раны. Нелли упрямо сжала губы:

- Здесь недалеко…

Вышли из арки под дождь – он едва переставлял ноги, Нелли пошатывалась под его тяжестью. Мокрая одежда тянула их, как утопающих на дно, давили закрывшие небо тучи и мрак, а частые капли гвоздями прибивали к земле. Нелли слышала, как мужчина прерывисто дышит сквозь зубы, и волновалась все сильнее с каждым шагом – через лужи, выбитые в асфальте, через фонарные пятна света, все ближе к остановке, которая казалась спасительной.

Хотя автобусы не ходят в такой поздний час, а может быть, никогда здесь не ходили. На дороге даже машин не появлялось: большинство жителей города предпочитали ночь проводить в четырех стенах, а не на улицах. Связь может не заработать, врачи могут не приехать – или не приехать вовремя, что одно и то же. Она не умеет останавливать кровотечение, перевязывать раны, у нее нет ничего, кроме бесполезного телефона. Хотела помочь, пообещала ему – а что она может? 

Дошли, преодолев последний десяток метров.

Нелли тут же набрала номер скорой, но прежде, чем она услышала помехи вместо ответа, мужчина остановил ее. 

- Нет, - прошептал он. – Нет, так ничего не выйдет.

После этого он толкнул ее, заставляя сесть на скамейку, упал рядом и, удерживая Нелли обеими руками, схватил зубами за горло. Нелли закричала. Она знала, что никто не станет ее спасать, просто не сдержала крик. 

Он разжал зубы и начал пить то горячее и липкое, что вялыми струйками вытекало из проколов в такт дыханию.

Нелли пыталась его оттолкнуть, вывернуться из его рук, царапала кожаную куртку, но быстро перестала – от каждого усилия кружилась голова и становилось только хуже.

Ночь была холодной, небо черным, монотонно шуршал дождь. Нелли затихла. 

Потом он выпрямился и отодвинулся. Выдернув из кармана носовой платок, приложил его к ранкам плотно и до боли надавил – белая ткань медленно украсилась темно-вишневым цветком.

Выровнял дыхание, глотая влажный воздух вместо крови, потом нашарил ее руку и прижал к платку:

- Держи вот так. Крепче...

Убедившись, что держит, он встал и потянул Нелли, сомкнув пальцы на ее предплечье. Ей не хотелось двигаться. Она не собиралась подниматься. Она и не думала дольше зажимать рану, как только он уйдет.

- Идем, - позвал он, продолжая тянуть.

- Я думала, - Нелли сглотнула, преодолевая слабость, - что я умираю. Что ты меня убьешь.