Книга вторая. Кукловод

Хватит искать оправдания своим косякам и недоглядам, ты же не монополию играешь, в конце-то концов! Спустись уже на грешную землю, гений ты недоделанный… 

Отвлекшись от распекания самого себя последними словами, я обратил внимание на почти нормально стоящего передо мной мертвеца. «Почти» – потому что он не мог стоять неподвижно, его лицо и шею то и дело корежили небольшие судороги, а руки и плечи заметно подрагивали, словно при кататоническом синдроме. 

Дав ему мысленный приказ пройтись по комнате, я проводил его дерганую походку полным скепсиса взглядом.

Черт, да он же передвигался как паралитик, как такому вообще на людях показаться?! Какого хрена он не ходит по-человечески?! 

Может ли это быть от того, что убил его не я? Или, возможно, причина в том, что смерть наступила достаточно давно? Ведь к моему приходу труп лежал с чуть приподнятой головой, словно пытался что-то рассмотреть на своем животе. А это значит, что у него уже началось трупное окоченение, которое и свело мышцы шеи. Следовательно, валялся он здесь не менее нескольких часов, что подтверждается и словами покойника, хоть он и не мог назвать точного времени.

Эх, мне б энциклопедию какую-нибудь по некромантии, а лучше методичку, чтоб знать наверняка, а то на одних только догадках далеко не уедешь. Хотя, нечто подобное я видел еще в юношестве. С крысами, вроде, было что-то похожее. Чем дольше лежал трупик, тем сложнее его было поднять, и тем хуже он копировал свое прижизненное поведение, ввергая своими конвульсиями в панику других голохвостых грызунов.

Даже ползали «полежавшие» как-то неуклюже, переваливаясь с боку на бок, будто хромали на все четыре лапки. Но это происходило не так стремительно, там счет шел на дни, а не на часы.

Но то крысы, а это – человек. В том, что между ними пролегает огромнейшая пропасть различий, я уже давно убедился. Пока, за неимением других версий, возьму за рабочую именно эту, что подобные поведенческие проблемы связаны именно со временем, прошедшим после смерти, а так же то, что под моим контролем находится предельное количество мертвецов, а за сегодняшний день, помимо Цыпина, мне пришлось поднять еще и этого гражданина…

Вопрос, должен ли я лично убить человека или присутствовать рядом, когда тот умирает, чтобы между нами было возможно установить такую же прочную связь, как с моим отрядом мертвецов, все еще остается открытым, но, на всякий случай, нужно иметь в виду, что не каждый покойник может стать для меня универсальным солдатом.