Тревожный Саббат

Асмодею выпал меч: «Моя внутренняя битва еще не закончена».

Чайна разглядел оленя: «Вечно бегаю от своего счастья. Да и вообще олень я по жизни». Девчонки захихикали и переглянулись.

Затем по углям прошлась Ингрид. Что она увидела, не сказала никому, но заметно погрустнела.

– Может, мы за все свое бывалое[Я1] разожгли последний наш костер, – задумчиво проговорил Чайна.

Ким шла по огню и мучительно хотела, чтобы Асмодей подал ей руку. Неожиданно это сделали Ингрид и Чайна. Ким вздрогнула, но без колебаний взяла руку Ингрид.

– Почему мы не были друзьями…

– Потому что не могли. Верь мне.

– Как я могу тебе верить? Мои лучшие годы проходят рядом с тем, кого я не люблю. Из-за твоей детской выходки я прикована к Еретику до конца дней.

– Если найдешь свой Шаолинь, все будет хорошо, – загадочно говорит Ингрид.

– Да где искать-то? На Тибете? В священных горах Китая? А может, где-то во Вьетнаме затерян замок Шаолинь? Не монастырь, где учат боевым искусствам, а нечто другое. Счастье в чистом виде.

– Есть и другой Путь, – тихо сказала Ингрид. – Победить свой страх. Пройти через Тревожный Саббат. Тогда получишь то, о чем мечтаешь. Но желание должно быть истинным.

– А ты видела людей, нашедший свой Шаолинь? – спросил подошедший Чайна.

– Нет. Но Асмодей видел. Двух. И он их не забудет никогда.

– Ладно, хватит травить байки, – усмехнулся Чайна. – Лучше чаю попейте. Сегодня у меня кошачьи лапки, мята и жасмин.

– И все-таки Шаолинь существует, – упрямо сказал Ингрид, но чашку взяла.

– Возможно, – улыбнулся Чайна. – Но наших ли это умов дело? У нас своя цель – крутить, пока не умрем. Крутить в жару и в холод, во славе и забвении, в любви и ненависти, для людей и для себя самого. Молиться духам, прыгать через огонь. А также пить чай. И верить.

– Как все просто. Даже противно. Чувствую себя в колл-центре, – поежилась Ким. – Наши ценности: клиенты, дружба, взаимовыручка, инициатива.

На небольшой ступне девушки явственно проступил череп.

Утро принесло невысказанные вопросы. Ким проснулась от ощущения, что кто-то гладит ее по плечу. Не открывая глаз, она прошептала: «Не уходи, позволь поговорить с тобой». Затем резко села. Сбоку мелькнуло нечто. Девушка зажмурилась, отчетливо ощутив холодок.

– Вы так похожи с правнуком. Оба не любите просить.