Тревожный Саббат

– ее здесь ничего не держит. Ей хорошо с духами. Ким больше не дышит. Кажется, она сейчас умрет.

Фаерщик начал делать ей искусственное дыхание, но безуспешно.

– Чай, прости, – прошептала Ингрид, – ее держит любовь. Но… не к тебе, к Асмодею.

– Не прикасайся к ней, тварь, – жестко сказала Чайна. – Не смей…

– Да пошел ты, – Заратустра крепко обнял Ким, так крепко, как только смог.

– С ума сошли? Не смей меня трогать. О, как плохо…

Тут Ким стошнило, и у Чайны сдали нервы. Он подошел к Заратустре и сильно ударил его.

Из губы фаерщика потекла кровь, которую тот даже не пытался вытереть.

– Знаю, заслужил, – кивнул он. – Саббату нужна кровь. И эта лишь первая. Бери бубен, друг, ночь еще не закончилась. А ты, Ингрид, помоги Ким. Та напоминает восставшего из могилы зомби.

– А ты бы кого напоминал на ее месте? – бросил на него жесткий взгляд Чайна. – И пошел ты к черту со своим бубном. Духи уже получили свое. Я лучше Ким помогу. У меня есть отличный чай с корицей и гибискусом. Он восстановит ей силы.

Асмодей пожал плечами и начал стучать на там-таме, закатив глаза.

Ингрид устроилась у его ног с варганом. Их лица сияли одухотворенностью.

Чайна помог Ким закутаться в плед и налил ей чаю. Девушка сжалась в комок и отвернулась.

– Ким, не плачь, – тихо сказал Чайна. – Я понимаю, что встреча с духами – тяжелое испытание. И я бы с удовольствием заменил тебя. Но не могу. Не такая я сильная личность, чтобы глядеть им в глаза. Вот Асмодей – может. Ингрид – вероятно. А я не могу. Моя сила в огне, а не шаманизме.

– Да я не из-за духов плачу. И даже не из-за призраков, которых встретила. Мне Завулон[Я1] нужен.

– Здесь я не помощник, подойди к нему сама. Но только не сейчас, когда ты одной ногой в могиле, Ким, смотревшая в глаза духам.

– Дело говоришь. Я поговорю с Заратустрой завтра, – вымученно улыбнулась Ким, – а там как боги рассудят.

Они долго сидели рядом и смотрели на звезды, пока Ингрид и Асмодей прощались с духами. Ким с грустью думала, как изменилась ее жизнь. Достаточно было одной случайности – пойти не той дорогой не в то время.

Но девушка чувствовала, что скорое все изменится еще сильнее. Случится нечто особенное, несущее боль и страдание.

Ким так и уснула, закутавшись в плед Чайны. Ее хотели перенести в палатку, но побоялись истерики.

[Я1]???

Глава 23

Проснулись все четверо около одиннадцати утра. Сначала Ким сильно мутило, как после тяжелого похмелья. Но она выпила настойку Ингрид, позавтракала жареным мясом и почувствовала себя лучше.