Бастион: Хрустальный плен

Я и папа наперебой взялись нахваливать еду, стараясь успеть попробовать всё до прихода сытости. Вероника же ест столь эстетично, что папу и меня можно принять за дикарей на приёме у знати. Мама нас поблагодарила, но я понимаю чего жаждет – мнения от Вероники – мы-то, счастливчики, каждый день вкушаем её изысканные блюда.

Гостья отложила инструменты и легонько коснулась рта салфеткой. Сделала глоток сока. Тохийского, кстати.

– У Вас, Ансельма, можно брать уроки лучшим поварам Симфонии, но, считаю, всё равно будет не так вкусно, – отзвучал официальный отзыв.

– Спасибо, очень вкусно.

Последние слова Вероника произнесла с редкой открытостью и чувством. Меня взволновал и тембр, и тёплая вибрация. Мама, понятное дело, всплакнула и сама взялась благодарить и нахваливать гостью. Мы с папой, наблюдая такое, лишь укрепились в чувстве ответственности перед столь нежными существами.

Мы вновь в салоне лимузина, я – слева, Вероника – справа. Лица довольные, а настроение великолепное.

Дорога в школу обычно не долгая, но каждый момент особо ценен. Я уже рад, что согласился поехать и ведь впереди ещё комната с артефактами.

Попрощавшись с дядей Вадо, выходим вместе. Часть учеников, что втягивалась в ворота, решили пропустить председателя и я оказался под прицелом множества глаз. Глянул на Веронику. Выражение лица серьёзное, взгляд острый, устремлён вдаль. Я постарался и сам соответствовать.

Вскоре стало не до взглядов – учёба подхватила мощным потоком и выбросила к крыльцу Бастиона только в обед.

Вновь жду Веронику. Впереди очень важный момент, поэтому немного волнуюсь, и оглядывая знакомый двор с деревьями, скамейками и флагштоками, дал мыслям убежать подальше в мечты и воображение. На небе ползёт вата облаков, а на земле гуляет ветерок, бросаясь иногда листьями, подхваченными под деревьями. Пахнет, вся эта благодать, прекрасно.

– Бу-у-у! – раздалось сзади, с мягким тычком в рёбра.

– А-а-а! – заорал я, чуть ли не подпрыгнув.

Вероника расхохоталась от удачной проделки, а я поддержал, хоть и нервно ещё.

Сверкают глаза, полные озорства.

– Задумался что-то, – решил пояснить я. 

Мы начали спускаться, а Вероника произносит:

– Не только.

– В смысле?

– Я воспользовалась магией скрытности. А ещё вспомни, что мы не первый раз приезжаем вместе, а такое активное внимание со стороны учащщихся было только сегодня.

Я удивлённо покосился на председателя, прокручивая в памяти те разы.