Медовый траур

] – «глок», ныряю в неизведанные глубины.

Туда, куда он решил меня привести. В ловушку. Меня охватывает безмолвие мертвых вещей. Ветра нет, ничто не шелохнется, ни проблеска света.

Пройдя напрямик через пихтовый лес, я перелез через запертые ворота и приземлился на заросшей лужайке. Прошуршал шагами по ней и стукнулся коленом о кучу дров, откуда потянуло слишком хорошо знакомым запахом…

Разложение. Моя грудная клетка тотчас сжалась, сдавив легкие. К таким вещам привыкнуть невозможно…

Обломки конуры.

По саду разбросаны оторванные доски, кто-то отдирал их с нечеловеческой силой. Луч моего фонаря уперся в труп добермана, приютивший странных гостей: раздутые личинки, сытые мухи. Смертоносный рой коснулся моего лица. Я еле удержался, чтобы не закричать.

Судя по оказанному мне приему, адресом я не ошибся… А что же я найду внутри?

Легкий ветерок пробежал по вершинам деревьев. Огромные руки, покрытые корой, тянулись ко мне со всех сторон, отбрасывая на землю черные тени.

Казалось, ветки сейчас меня схватят…

Если я вломлюсь в дом без ордера, рискую навлечь на себя серьезные неприятности, окружной комиссар и без того уже точит на меня зубы после истории с Патриком Шартре.

Значит, лучше все-таки набрать номер дежурного… Я и набрал, но после второго гудка отключился – как только дверная ручка повернулась под нажимом моей руки.

Дверь заскрипела…

Нападение было молниеносным. Слепые лапки, шарящие по моим вискам. Шорох крыльев у щек. И все дрожит и гудит.

В первое мгновение, посветив фонарем на стены, я подумал, что это плесень, – очень уж они были мелкие и уж очень их было много, прямо несметное множество.

Комары.

Они появлялись отовсюду, сбиваясь в луче света перепуганной толпой. Они срывались с места темными гроздьями и рассыпались летучими картинами. Самые изголодавшиеся уже высасывали кровь из моих предплечий. Я раздавил сколько мог, пока шел по комнатам. Кухня, гостиная, ванная… Никого. Ни мертвого тела, ни запаха, ни беспорядка.

Когда я включил свет в столовой, насекомые облепили люстру, некоторые сгорели. Самые смелые предпочли голоду встречу с моей ладонью. Глупые твари! Я продвигался вперед, размахивая руками. На стене фотография. Парочка в обнимку на пляже. У нее длинные темные волосы, у него заметное брюшко. Приблизившись, рассмотрел снимок получше. Сомнений нет… Передо мной та женщина из исповедальни, только не мертвая и не скрюченная.