Хаос и порядок: Регрессия жизни [2]

Графу была неведома анатомия сего творения больного волшебного старика, но в чём он был уверен точно, так это в том, что его мощные удары достигают желаемого эффекта. И вскоре Граф продолбил для себя проход, прорываясь через полуразложенные потроха чудовища Франкенштейна. Монстр перестал дёргаться, а вампир с удовлетворением подумал, что даже без магической силы он являлся весьма смертоносным противником для местных аборигенов.

Ему пришлось избавиться от камзола, насквозь пропитавшегося кровью и запахом тухлых внутренностей.

Но, как оказалось, это было поспешным решением, ведь впереди его ждал зал для разделки мяса.

Граф в восхищении любовался огромным помещением, выполненным в стиле «Техасской резни бензопилой». Горы тел разной степени целостности, вездесущая кровь и потроха. Ему бы здесь даже понравилось, хотя многое вампир сделал бы иначе. Например, не стал бы нагромождать проходы между горами тел толстым шлангом, через который он прорубил себе окно в ад.

Вскоре ему надоело бродить по этому месту, и он уже решил искать выход, как вдруг услышал всхлипывания, доносящиеся из дальнего конца зала.

«Ещё одна наживка?» — подумал он настороженно, но всё же решил проверить.

Через минуту вампир наткнулся на свою давнюю знакомую, которую в спешке забросил в этот мир вместе с телохранителем, чтобы у пиромана Фокса не осталось причин лишать Графа жизни.

Мэгги сидела на костях и рыдала над переломанным телом Джеки Доусона, рядом с которым лежала огромная десятипалая рука, застывшая в распахнутом виде.

Всё говорило о том, что вампир прикончил эту странную руку именно в тот момент, когда она убивала несчастного. Увы и ах, но от судьбы не уйти. Эти двое были лишь разменной монетой в его игре, и то, что они зашли так далеко могло говорить только о неимоверном везении.

Но всё когда-нибудь кончается...

— Вы, — прошептала она безразличным голосом, заметив нежданного гостя. Девочка больше не боялась его, лишь испытывала горечь утраты по безвременно почившему афроамериканцу.

Граф присел на корточки рядом с Мэгги, которая самозабвенно гладила голову солдата и роняла слёзы на его слипшиеся от крови волосы.