Хаос и порядок: Регрессия жизни [2]

Поднявшись, он подошёл к окну: посмотрел на дорогу, зелёные лужайки перед домами и весёлую детвору, что проехала мимо на велосипедах. Смахнув слёзы, он произнёс:

— Парни скоро приедут. Мы отвезём тебя в больницу...

— В этом нет нужды, малыш.

Каждый раз она упрямилась против лечения. Ей казалось, что то лекарство, что колит ей Спарта, намного лучше любой терапии.

— Но мама...

— Четвёртую химиотерапию я уже не выдержу. Ты знаешь. Не мучайте меня, прошу! — Её голос стал громче, и Фокс подбежал к матери, пытаясь её успокоить.

— Помнишь, что мы друг другу пообещали?

— Да, сынок. Что мы выкарабкаемся, — в её глазах появился огонёк.

— Правильно. Поэтому нам надо сделать всё от нас зависящее. И терапия — одна из самых важных вещей.

Мама глубоко вздохнула и закрыла глаза. Она была очень упрямая, и даже болезнь не могла в ней это изменить. А чего ещё ждать от женщины, потерявшей мужа в автокатастрофе, и воспитывающей в одиночку двоих сорванцов, к которым в будущем присоединился ещё и третий? Тем более их семья никогда не была зажиточной.

— Скажи, — вдруг попросил Фокс. — Почему ты выбрала меня тогда в детдоме?

Этот вопрос, так или иначе, беспокоил его всё время, после того, как он покинул детский дом. Что её зацепило в нем? Неужели парень выиграл у конкурентов лишь улыбчивой рыжей мордашкой?

Дана открыла глаза и нежно посмотрела на него:

— Когда я шла по коридору, а мимо пробегали дети... Их глаза меня испугали. Я не думала, что всё будет именно так. Они... Знаешь, они были не искренны. Они пытались мне понравиться.

Она остановилась и попросила сына подать ей стакан с водой. После того, как Фокс напоил её, его мать продолжила:

— Один из них, мальчик лет семи, схватил меня за платье и не отпускал. Просил забрать его с собой. Говорил, что будет помогать мне по дому, не будет смотреть мультфильмы... Господи! Откажется от всего, лишь бы получить маму!

— Но ты...

— Да, Фокс. Я не забрала его. Я кляла себя за то, что вообще пришла в это учреждение, и невольно разбила маленькие сердца всех этих детей.

— И тогда ты увидела меня.

— Да, Фокси. Ты сидел на подоконнике у окна и смотрел вдаль. Не играл со всеми, стоял особняком. И твои волосы горели огнём в этот солнечный день. Тебя сложно было не заметить.

Фокс улыбнулся. Всё-таки цвет его волос сыграл не маловажную роль в его жизни...