Хранитель 7 отражения

Я тогда решил, что это разрыв и эмоции... А это может и вовсе не она была.

— Вот и выходит ребята, что все сделано так, чтобы вы оказались у той норы и в тех катакомбах, -  слова Павла прозвучали, как приговор. Глебу они и вовсе напомнили гвозди, вбиваемые в крышку его гроба. 

— Пал Толич, так тот же мужик нас и учуял. Я видел его рожу хитрую, а я умею по лицам читать. Он нас видел, но изобразил дурачка и пошел спокойно за своей хозяйкой, зная, что мы один хрен, туда полезем. Все схвачено, - Глеб окончательно вышел из себя, и на последних словах что есть сили ударил по столу ладошкой.

Вышло громко и больно. Он зашипел и сморщился, потирая ладонь другой рукой.

— Выходит так, - Павел кивнул.

— Значит и светлая сущность подчинилась ведьме? - Кирилл посмотрел на учителя.

— Я о таком не слышал, но очень может быть. Вас нужно проверить. Изучить ваши... - Павел не успел договорить. 

Снаружи послышался скулеж и подвывания. Но не те грустные звуки, что издают собачки на улице, а звуки голода, нетерпения и близости добычи.

По улице пронеслась стая огромных волков. Одни бежали странно - сутулясь и приставным шагом, как гориллы или шимпанзе. Глеб был в заповеднике на Томской Писаннице и видел волков. Те - щенки облезлые в сравнении с этими экземплярами. Пока Глеб рассматривал хищников, как охотник, Кирилл завороженно считал головы. Тридцать пять. Тридцать пять огромных темных туш носятся в нескольких метрах и не обращают внимания на людей.

Павел тихонько похлопал по плечу Киру, и, приложив указательный палец к губам, показал ему, что нужно молчать, а потом глазами намекнул на Глеба.

Кир понимающе кивнул и медленно, за плечо развернул к себе друга. Проделав те же движения, Кирилл убедил Глеба молчать и не шевелиться. 

Засидевшись за столом, ни дети ни учитель не заметили, как на улице стемнело. Внутренний голос Кира вопил детским голоском о родителях которые волнуются. А фоном к этому писку басит собственный грустный голос, говорящий ему, что где-то там есть его семья и его дети, о которых он ничего теперь не знает.

 

Глеб, вдруг, подумал, что и тут он одинок. 

А Павел осознал, что шутки кончились, и за ними началась большая охота. 

И только Кузьмич ни о чем не думал, молча ушел в свое четвертое измерение. Слишком много ужасов он пережил, чтобы беспокоиться по таким пустякам.

Глава восьмая, в которой Кирилл и Глеб узнают, что такое Большая охота.

Вой не прекращается ни на секунду.