Хранитель 7 отражения

Все просто и неприметно, но внутри…

— Тебе там понравится, - тихо проговорил Павел. Глеб непроизвольно шагнул вплотную к Павлу от нетерпения и жажды узнать, что же это за Орден такой всесильный.

Неизвестно, что там себе нафантазировал Глеб, но реальность оказалась куда более прозаичной. Вначале была дверь, затем еще одна, прихожая с коричневым лакированным столом, за которым сидела бабушка в хлопковом платочке в мелкий голубой горошек и с шерстяной шалью на плечах. Она разгадывала кроссворды, глядя сквозь очки – половинки, и пила чай из граненного стакана с подстаканником.

Глеб видел такие в поезде, когда мотался по работе в Ленинградской области.

Женщина, не поднимая головы, взглянула поверх очков на посетителей. Причем, Глеб готов был поклясться, что она смотрела на него, а не на Павла Анатольевича. 

— Пашенька, не поздновато ли ты? – Голос у женщины оказался низким, чуть хриплым и густым, как мед. Таким нужно читать сказки внукам на ночь.

Глеб ощутил, как его окутал уют и тепло. Будто бабуля, снова живая и здоровая, обняла его и прижала к себе.

Седые кудрявые волосы пахнут земляникой, и щекотят нос. Глеб даже не понял, как женщина оказалась прямо перед ним. Она была на голову выше не маленького Глеба. А все из-за трехметрового хвоста гремучей змеи. Она внимательно посмотрела в глаза Глебу. В упор и не мигая. Глеб ответил тем же. И не известно, кто бы победил, если бы из-под платка не вылезла тонкая яркая змейка, скользнувшая телом по щеке Глеба. Мальчик переместился за спину Павла с такой скоростью, что учитель на миг решил будто Глеб тоже освоил телепортацию. Это был бы уже перебор, он просто испугался.

— Здравствуйте, Медусия Горгоновна. Мы ненадолго. Он… - Павел поднял вверх указательный палец, и выразительно глянул на женщину, - … у себя?

— Да тут Он. Ждет чего-то. Видно тебя и ждет… Сейчас доложу, - только на миг взгляд женщины потух, а потом вновь стал тяжелым и властным, как и у всех вахтерш в мире. – Проходи, Пашенька. А ты, мальчик, постой. Жди тут.

— Делай, что говорят, и ничего не трогай, - тон у Павла был такой, что Глебу в нем показалось издевательство.

— Может ты мне еще фломастеры с листочком сунешь, чтобы я не скучал, и не мешал взрослым разговаривать? – Глеб непроизвольно сжал хора в карманах.

— Уймись, сынок. И игрушки свои оставь, где лежат. Тут у тебя ничего не выйдет. Не твоя это территория, - Медуза сказала это просто и тихо, даже буднично, но от ее взгляда Глеб весь покрылся мурашками.