Изощрённое возмездие

Ты пройдёшь обучение, но знай: мне не будет дела до твоих жалоб. Будет больно, понимаешь?

   Девочка кивнула.

   – Для разнообразия ты будешь тренироваться не только со мной, – Маргус обвёл своих приятелей широким жестом; парочка из них даже быстро отступили в бок, как бы прячась. – С ними тоже. Как ты сегодня поняла, пощады в этой комнате ждать не приходится. Тебе никто не поможет, а любой услышанный тобой совет я рекомендую накрепко запомнить – повторять я не собираюсь.

   Девочка вновь кивнула, но на этот раз её лицо омрачилось особенной не то улыбкой, не то насмешкой, будто бы она готова была принять всё то нелёгкое, что её ждёт, и ещё поблагодарит и попросит добавки.

   – Иди с глаз моих долой к Гемилю, – сказал Маргус. – Скажи, что ты принята.

   Обрадованная Милёха медленно поплелась к выходу из тренировочного зала; её поступь была нетвёрдой и её заносило как пьяную, но она смогла выйти из помещения и, оставшись наедине в тоннеле, тяжело задышала.

   – Постой! – окликнул её приблизившийся мужчина в кожаном пальто на грубых деревянных пуговицах. – Милёха, так?

   Девочка кивнула, пряча за спиной руку с кинжалом.

   Он был чуть полноват и почему-то он не переставал улыбаться. Казалось, в его ярко-зелёных глазах, как спелые яблоки, горит всезнающий огонёк.

   – Давай без глупостей. Убери остриё. Моё имя Кезлас, я заведующий лабораторией.

   – Опасненькая комнатка.

   – Да, может вызвать осложнения. Ты уже была там?

   – Гемиль объяснил мне самые азы. Наверное, мне есть чему там научиться.

   – И как раз я берусь тебя обучать.

   – Так просто, без всяких проверок?

   – Я видел твою прыть и уверен, что и её тоже ты сможешь направить в весьма… смертоносную науку, отдыхая и восстанавливаясь после боёв.

   – Когда начнём?

   – Попридержи коней! Их ты обманула, но от меня не скроется то, что ещё чуть-чуть, и ты свалишься.

   – Я в порядке… Так когда?

   – Ладно уж. Завтра же сразу после фехтования. Ты к Гемилю? – (она кивнула). – Скажи ему что и я тоже тебя беру. Увидимся.

   Кезлас оставил её одну. Милёхе не понравился этот человек.