Изощрённое возмездие

«Её бывшие преступления, – говорил он верховному инквизитору Зарпулло, – проворочены с изрядной хитростью. После себя она оставляла только пожары. Вы же знаете, огонь беспощаден к уликам».

   Верховному инквизитору пришлось признать: выбора нет, нужно ждать назначенной ночи и следующего шага чёрного существа. «Твоё везение, – говорил с укором верховный инквизитор, – что у тебя есть намётки на места его появления». В нужный час было решено задействовать все силы инквизиции. Вот только Скарамун был назаранее уверен, что этого не потребуется; он распланировал и считал, что справится один.

   Поднимаясь лестнице с бешено колотящимся сердцем, он думал-говорил:

   – Иду на крышу. Иду потому что «она» меня позвала. И приблизительно не догадываюсь, что она задумала. И нет во мне и намёка на спокойствие. Мы уже два дня не виделись, но я не могу не думать о ней даже тогда, когда занят наиважнейшими поручениями. Будь здесь мой отец и если б он услышал мои воздыхания, которые не могут быть не произнесены вслух, он бы сказал, что меня охмурили и я безнадёжно пропал…

   Минутами ранее Скарамун раздобыл ключ от крыши и, повернув им в замочной скважине, открыл тугую дверь.

Ему в лицо ударил вечерний ветерок с нотками далёких лесных ягод. Не зная почему, он отругал себя за улыбку, появившуюся на его лице. Больше всего он боялся не того, что их с Лауной «застукают», а того, чтобы они осознали, насколько она ему важна и нужна.

   Скарамун чуть прошёл по крыше и пустил вдаль долгий взгляд.

Ветерок развевал подол его плаща и как бы силился сдвинуть с места. Но он стоял твёрдо и чувствовал, что должно произойти нечто необычное, потому как он никак не мог забыть хитрого и как бы двусмысленного взгляда девушки, пригласившей его на эту самую крышу пару дней назад.

   Над ним возвышался полный диск желтоватой луны, словно круглый сыр, в небе крупицами алмазов тлели звёзды. Отчего-то ему стало тревожно. Быть может оттого, что кто-нибудь также пожелает взойти на крышу.

   Быстрым шагом вернувшись назад, он подошёл к двери, высунул голову и прислушался: внизу – никого. Закрыв подобру-поздорову дверь на ключ, он несколько успокоился. Но это длилось недолго.

   Вдалеке, на умопомрачительной и невозможной высоте, прямо на блюдце луны, медленно двигалась некая точка.

   – Не понял… – проронил он, сощурив глаза.

   Несомненно, точка приближалась и оттого нарастала.