Изощрённое возмездие

На морщинистых щеках и лбу этой старухи проступали крупные синие вены, какие бывают от линий воды на оконном стекле во время ливня. Она не спускала взгляда с девочки и пошла прямо на неё с вытянутыми руками.

   Милёха в ужасе попятилась, забежала за балку и выкрикнула на всю комнату:

   – Постойте! Я от Гемиля!

   – Меня это не волнует, – послышался клокочущий, низкий голос.

 – За вами должок!

   – Это в прошлом.

   Старуха пыталась настигнуть девочку, зацепиться за её руку, но та проворно отскакивала от неё и скрывалась за балкой.

   – Мне нужна ваша помощь!

   – Всем что-то нужно.

   – А что нужно вам? – спросила Милёха, с радостью подметив, что старуха как бы замерла и искала ответ на вопрос.

   – Я хочу знать, просила ли ты Высших сущностей помочь тебе взобраться сюда, или нет.

   – Не просила. Правда, не просила.

   – М-м-м, похвально. Значит, тебе не занимать сил.

   – Мне двенадцать лет!

   Старуха остановилась. Она противно сморщила лицо и её вены сильнее проступили. Казалось, она отчего-то вздрогнула и отрицательно закачала головой.

   – Во жежь не везёт-то. А я-то думала, ты помладше будешь. Что-то я совсем изголодалась. Хотя, опять же, будь ты младше, разве смогла бы залезть на эдакую высоту, а?

   – Наверное, не смогла бы…

   – И я так думаю. Но тебе здесь не рады.

   – Моего отца убили и никому нет до меня дела! Я знаю кто нанёс удар, но такой я с ним не справлюсь!

   – И это должно меня тронуть?

   – Я о вас слышала. У вас были сестры, и вы их потеряли, но сами спаслись. Вы должна хотя бы приблизительно понимать, какого это, пережить смерть того, с кем твоя жизнь была переплетена и кто дарил тебе единственную радость.

   – Радость… Мне больно вспоминать о ней… Но ещё больнее от всплывающих образов погибших сестёр.

   – Нас с вами объединяет схожая боль.

   – В таком случае, что же ты хочешь?

   – Повзрослеть.

   Старуха раскатисто рассмеялась.

   – Тогда ты безвозвратно потеряешь детство.

   – Конец детства приходит тогда, когда нас покидают родители. Тогда мы берём ответственность за собственную жизнь.