Переломы

Услышав шаги, Доротея оставляет игрушку, выползает из-под кровати и убегает.

– Вы сердитесь, что она оставила вас одну?

– Да. Она вечно оставляет меня одну по вечерам. Ей повезло, у нее своя комната. Я кладу ее пластилин в жестяную коробку и вылезаю на середину комнаты.

– Это спальня ваших родителей?

– Да. Там нет игрушек, но много зеркал, фарфоровых кукол с грустными лицами и всяких взрослых вещей: щетки для волос, книжки без картинок, брюки, красивые мамины платья, распятие над кроватью, газеты, папины научные журналы…

– А потом?

– Я забираюсь под толстую пуховую перину на папиной и маминой кровати.

И изо всех сил тру обеими руками папину сторону.

– Зачем?

– Потому что папе это очень нравится. Ему часто бывает холодно, надо согреть кровать. Когда он приходит, он напевает песенку, которую я люблю, про кокосовые орехи. Мы поем вместе. Потом папа ложится и просит, чтобы я помассировала ему ноги и при этом молилась Боженьке…

– А вам это нравится? Делать массаж, молиться?

– Нет… Мне ужасно не нравится, но он повышает голос, и я слушаюсь.

К счастью, потом папа целует меня в лоб, и я могу ложиться спать. Моя кровать там, рядом.

– Где это – рядом?

– Не знаю. В метре, в двух. У стены.

– Вы всегда спали в комнате с родителями?

– Я не помню, чтобы спала где-то еще до несчастного случая с мамой. После этого у меня появилась своя комната, как у Доротеи. Мне было десять лет…

– Продолжайте… Вам шесть лет, вы ложитесь в свою кроватку…

– Мама укутывает меня одеялом.

Мама как пантера, я никогда не слышу, как она приходит. Мне бы так хотелось, чтобы она мне рассказала какую-нибудь историю, но она устала. Она вечно устает. Ну а потом… потом звук выключателя, а потом…

– Потом?

– Я больше не помню. Все всегда кончалось выключателем…

– Это было похоже на черную дыру?

– Да. Черная дыра. Чернильный пузырь… Думаю, что все началось именно в это время.

Щелчок диктофона.

Люк, еще под впечатлением от последних слов Алисы, подъезжает к больнице. Дорога до Клинического центра в Лилле заняла у него почти час. Напротив центра, на небольшой площадке, расположены здание морга, Институт судебной медицины и тюремная больница. Чуть далее – клиника Салангро, где он регулярно дежурит по ночам. Люк ставит машину перед клиникой Фрейра – массивным трехэтажным зданием из бетона. Больница – это совершенно особый мир.