Незримая Москва. Тёмный Ковен. Палач

И давая всё испытать на собственной шкуре. Однажды я вовсе очнулся под недовольный бубнёж Фёдора Петровича.

Что случилось, я не помнил. Целитель же пенял на то, что в следующий раз может и не успеть.

Судя по довольной морде Лазаря, шумно втягивающего через трубочку молочный коктейль со знаком Макдака на стаканчике, ему было плевать.

За дни тренировок я успел изучить этого молчаливого колдуна и был точно уверен: он отвесил мне чётко отмеренный и взвешенный пинок.

То, что я не смог или не успел от него увернуться или отразить – исключительно моя вина.

В редких перерывах между практикой мне давали короткие выжимки из справочников о духах, судебной практике, магических Печатях и членах Ковенов.

Объём знаний был диким, голова буквально взрывалась от полученной информации. Тем удивительнее было то, что я это всё переваривал и запоминал. Впитывал как жадная губка.

Обучение не прекращалось даже во сне.

Засыпали мы с Лазарем одновременно, в подвале таунхауса на специальных алтарях, исписанных Печатями.

И хорошо, что он это делал. Потому что в те несколько минут, пока я просто спал, в мой сон проникал образ Славки.

Друг ничего не делал. Просто стоял и смотрел. Как мне казалось – укоризненно.

То ли так подсознательно проявлялось моё чувство вины, то ли Славка стал немым напоминанием о том, что ещё не всё закончилось.

Владана – моя бабка, сотворившая множество гадостей и бед, как мне, так и обоим Ковенам – оставалась на свободе и безнаказанной.

Даже не так.

Она до сих пор была жива.

Насколько я знал, оба Ковена усиленно искали её.

Прямо как в стихотворении Маршака:

«Ищут пожарные,

Ищет милиция,

Ищут фотографы

В нашей столице,

Ищут давно,

Но не могут найти…»

Увы. Если в стихотворении говорилось о герое, в нашем случае Владана исполняла роль злодейки. И никто не знал, что ещё может выкинуть обиженная ведьма.

С меня пока не спрашивали, но я был уверен – очень скоро Ковены потребуют от Палача исполнение его прямых обязанностей.

Цагана это тоже понимала, поэтому каждый вечер наведывалась в таунхаус и интересовалась моими успехами.

День сегодняшний не стал исключением. Отличие было лишь в том, что явилась глава Тёмного Ковена сразу после обеда. В эти блаженные полчаса покоя, которые Лазарь давал мне «переварить» пищу, я мог просто лежать, смотреть в потолок и ничего не делать.