Незримая Москва. Тёмный Ковен. Палач

- Вы смеете мешать Палачу в его работе? – Сухим канцелярским тоном, осведомился я, чем вызвал ещё больше негатива.

- Па, всё хор-рошо. – С запинкой сказал парень, клацнув зубами. – Я сам.

- Мой сын… - Начал было Вильгельм, но я жестом оборвал его и выдал ещё одно короткое:

- Разберемся. Теперь попрошу, - и указал в сторону, куда следует отойти заботливому папашке.

Старший Чинели уходил нехотя, и постоянно оглядываясь. Да и ушёл не так далеко, буквально за соседнюю машину и уже оттуда недобро поглядывал на меня и обеспокоенно на сынка.

- Готов говорить? – Спросил я парня.

Тот сглотнул и кивнул.

- Что произошло?

Несколько секунд Леонил собирался с духом, потом начал говорить тихим и чуть хриплым, будто сорванным голосом.

- Мы сидели в…

- Мы – это кто? – Немедля перебил я.

Парень вздрогнул и явно сбился с мысли и настроя. Моргнул пару раз и весь как-то ссутулился.

- Так с кем ты был в кафе? – Надавил я.

Успокаивать я его не собирался. Даже слово доброго не скажу, пока не выясню, что тут произошло.

- Я и Мстислав.

- Какой Мстислав? Фамилия? – Повысил я голос, немного выпустив своё негодования. Мне что каждое слово из него клещами тянуть?

- Амис, - вздрогнул Леонил.

Я снова обратился к памяти, но вспомнить такого не смог. Никак самородок из недавних?

- Самородок? – Уточнил у Чинели. Тот кивнул.

- Дальше, - покрутил я кистью, потому что парень не спешил рассказывать. – Вы сидели в кафе… С чего вдруг сцепились?

- Мы… - Замялся парень и как-то неловко тронул покрытый сажей лоб не менее грязными пальцами.

Я даже кровь заметил. Леонил нахмурился, словно силясь вспомнить случившееся и медленно, буквально выдавливая из себя слова, заговорил: - Мы разговаривали. Хотели открыть совместно дело. И тут к нам подсела девушка.

- Какая девушка? – Насторожился я. – Как выглядела?

Младший Чинели нахмурился сильнее и отрицательно покачал головой.

- Не помню. Красивая. Вроде бы брюнетка. Да, брюнетка! И волосы длинные. До бёдер. И… – Оживился парень, но тут же поник. – Нет. Больше не помню.

- Предположим, - буркнул я. – Села она к вам, и что?

- Говорю же, не помню, - поморщился Леонил, будто у него сильно болела голова и потёр висок.

- А ты вспомни, парень. Это в твоих же интересах. Должен же кто-то за это ответить… - Я обвёл рукой пейзаж разрушения и хаоса. – И пока что ты главный виновник…

- Я протестую! – Подал голос, приблизившийся папаша парня. – Вина моего сына ещё не доказана!

Я смерил его взглядом, и мужик подался назад.

- А это мне решать.