Незримая Москва. Тёмный Ковен. Палач

Что б его так…

Помассировав ноющие виски, направился вниз по улице. Дико раскалывалась голова, меня чуток мутило и терзал один единственный вопрос: что делать?

Как искать эту чёртову девку ума не приложу.

А ведь с меня в ближайшее время потребуют ответ, как за это дело, так и Стипула за свой пропавший гримуар.

Я остановился, попинал мыском тяжёлого военного ботинка асфальт и оглянулся.

Лазарь, как привязанный топал следом и опять что-то жевал.

Об одной мысли о еде, замутило сильнее. Нет, то ли я что-то не так сделал, пока копался в голове водника, либо причина тому грубое вмешательство той девки в мозги парня…

Что б ей всю жизнь так мучится, как я сейчас страдаю!

А делать что-то все равно надо.

Я потер лоб, провел ладонью по лицу и полез за телефоном.

Такси приехало через пару минут, подобрало нас с Лазарем и вновь повезло на Шабаловку. Попробую там что-нибудь найти. Хоть какую зацепку.

А зацепок не было.

Я уже который час, словно помоечная крыса капался в развалинах дома и кафе, но толку-то.

Успело стемнеть. Стало промозгло и зябко. Из нависших над городом туч противно моросило. Я проголодался, промок, так как не сразу сообразил поставить над собой нечто вроде магического зонтика и устал. Сегодняшний день вымотал меня как физически, так и морально.

Лазарь мне не помогал, стоял в сторонке и просто пялился по сторонам. Бесил он меня этим знатно. Но спроса с него никакого. Был бы он официально моим наставником - другое дело, я бы высказал. А так…

К вечеру на месте битвы двух магов стало немноголюдно: разъехались экстренные службы, убрались восвояси репортеры, разошлись зеваки.

На месте осталось только жиденькое оцепление, пара машин МЧС и газовая служба. С другой стороны, где жилой дом остался целым, кипела активная жизнь: жильцы пытались прорваться в свои квартиры, но полиция не пущала. Вдруг обвал или новый взрыв? Кто отвечать будет?

Нас с Лазарем все эти люди не видели. Я ощущал себя призраком на развалинах былого величия человеческой расы.

Странное чувство: будто ты имеешь ко всему этому непосредственное отношение и в тоже время далёк от всего человеческого.

Настолько далёк, что страшно становится…

Я с тоской обозрел разрушенный дом, похлопал себя по щекам, взбадривая и сбивая наваждение, развернулся и вышел за оцепление.

Не найду я тут ничего. Бесполезно это. Вряд ли девица оставила визитку со своими данными.

Вызвав такси, я угрюмо уставился на Лазаря. Надоела мне его постная рожа. Видеть больше не могу.

- Я в Вишню.