Ник и все прочие

 Стейн выговорил всё это на одном дыхании, ровным, приглушённым тоном, холодно и рассчётливо, и Мышь Гертруда почувствовала облегчение.- Но, знаешь что, Стейн. Ты, человек, конечно, опытный, и тебе известны тайные ходы и приёмы. Однако, я хотела-бы высказать сомнение о месте этого... Студиозуса... в происходящем. Мне кажется, что это человек безвольный, нерешительный и недалёкий. Вряд-ли такому можно доверить что-либо серьёзное... Он в порядке?Вопрос вырвался у неё почти без участия воли, и Стейн кое-что с удивлением понял.

.. Ай-да, госпожа... Кто из вас без греха, пусть будет первым, бросившим камень...- У меня сложилось такое-же мнение, госпожа. Он в порядке... Насколько возможно. Немного потрёпан и в расстройстве духа, но заботливый уход и внимание быстро восстановят его силы и возможности.  ****- один без времени -****Он был совсем один. Рядом постоянно кто-то находился, шевелились тени, приходили и уходили лица, говорились слова и совершались поступки. Всё это мерцание его не касалось, будто он всё время находился под сенью нависшей скалы, которую обтекала жизнь, и её течение только обдавало лицо порывами воздуха, и снова наступало удушье. Будто некая сфера отграничивала его пространство, но было похоже, что именно внешнее пространство менялось, текло по своим законам, а внутри всё было застывшим, сформировавшимся раз и навсегда, и тем не менее его сфера выглядела хрупким и непостоянным формированием, эфемерным, как мыльный пузырь, готовый разрушится от микроскопической частицы, носящейся в воздухе. И он боялся, что этот миг настигнет его неожиданно, в самый неподходящий момент, и смотрел с опаской на любую тень, приближающуюся к его убежищу.На этот раз он увидел зыбкую фигуру Стейна.- По сведениям, поступившим о походе генерала в северные районы страны, могу донести следующее...  - Что? Что о студенте? Он виновен?  - У меня не было задачи обвинять кого-то, а лишь объективно разобраться с происшедшим. По поводу именуемого Студентом, могу сказать - нет. Конечно, в его действиях можно усмотреть порочащие его обстоятельства, но это всего лишь недальновидность и простейшая трусость. Да, он был свидетелем передачи неких документов кем-то кому-то с противной стороны. Да, он решил, что оказался перед угрозой смерти, как нежелательный свидетель. Он испугался и решился на шаг, сколь опрометчивый, столь и безрассудный.