Держи меня

Он по жизни занимался тем, что старался узнать о неизвестном и интересном.

***

Пауль был журналистом. Он казался слегка угрюмым из-за обычного выражения лица и немного пугал жёлтыми глазами, но в целом был вполне обычен на вид. Нюх у него был хороший не только в прямом смысле, но и на то, где правда зарыта. За это его любило начальство, из-за этого он периодически наживал проблем. Но обычно не таких сильных, как в тот раз, когда пришлось аж в виде кота убегать и давить людям на жалость мявом.

Жизнь такая определённо трепала нервы, однако Пауль к этому уже привык и считал, что пусть лучше опасности подвергается он, чем простой человек, который займёт его место.

— Правда, что у кошек девять жизней? — спросила как-то Аламея, рассматривая хмурый город. Скоро хорошо ливанёт.

— Похоже на то, но, думаю, у меня их уже меньше, — усмехнулся Пауль.

— Да, не будь ты котом, траванулся бы тогда летально. А продолжишь так курить — потеряешь ещё одну жизнь. Странная привычка, с твоим-то нюхом.

— Потеряю — тогда и брошу, — пожал плечами Пауль. — За свою-то жизнь я не переживаю.

И это была правда. Пауль хорошо знал, что у него ещё будет и второй, и третий шанс. Страшно было за Аламею. Она была из тех, кто не боялся тёмных пустых подворотен.

Кто, переходя дорогу, смотрел не по сторонам, а вверх. Кто ходил по тонкому льду, не боялся стаи бродячих собак и шатких рекламных щитов в ветреный день.

Кто сидел на краю балкона на двадцать пятом этаже и болтал босыми ногами над городом. Сильный ветер не оставлял её длинные распущенные волосы в покое ни на мгновение. Её юбка трепыхалась над городом чёрным флагом.

— Ты хоть чего-то боишься в этой жизни? — спросил Пауль, а у самого кровь стыла в жилах от её беспечности.

— Наши страхи исходят от страха смерти. А смерти нет, — привычно ответила она и растянула чёрные губы в улыбке.

Слишком странно звучало это от той, которая могла говорить с умершими. Она ведь как никто знала, что такое смерть. Что однажды она настигнет каждого. И так явно, так безумно её игнорировала.