Тайны пришельца из прошлого. Или Его звали Хоттабыч

Это учение, в основе которого лежит теория происхождения человека. 

- И что гласит теория сия?

   - В соответствии с ней, человек произошёл от обезьяны в процессе длительной эволюции.

   - О, да, согласен! Тот дурень дарвинский, как раз от обезьяны и произошёл, - радуясь своему открытию, произнёс джинн.

   - А второй был в оппозиции к партии Ленина, за что и сослан был на Беломор-канал.

   - Пусть будет ведомо тебе, что поплатились они оба! – в голосе Хоттабыча прозвучала открытая злоба.

   - Конечно, поплатились, ведь они были заключёнными на строительстве канала, -согласился я.

   - Расплата ждала их за то, что я для них был только дымом, да ещё зловонным.

    До моего сознания дошло, что джинн, судя по его рассказу, отомстил заключённым за их взгляды.  

   - Неужели вы убили их? 

   - Считай, как хочется тебе. Несчастье их постигло в один день. Тот, что учёный был - упал с плотины.

Того, что о троцкизме говорил – плитой бетонной придавило. Ушли в небытие. А я вот пред тобой живой и невредимый. И стоит ли гордиться так учёностью своей, коль все вы смертны? – прищурив правый глаз, с ироничной усмешкой старик смотрел на меня.

   - Я могу ответить вам, уважаемый Хоттабыч, словами известного поэта Омара Хайама:

  «Не делай зла – вернётся бумерангом,

Не плюй в колодец – будешь воду пить.

Не оскорбляй того, кто ниже рангом,

А вдруг придётся, что-нибудь просить».

   - Я не ослышался отрок, или со слухом что-то происходит? Ты говоришь, просить придётся что-нибудь? Кха-кха-кха-кха!

   Глаза джинна налились злобой, а негодование перехватило дыхание в груди, и кашель стал душить старика. Откашлявшись, джинн плюнул в сторону и изрёк:

   - Да что б ты знал, несчастный отрок, всю мою жизнь ко мне лишь с просьбами идут! И каждый об одном мечтает, чтобы богатым свою жизнь прожить! Купаясь в золоте и камнях драгоценных! Живя в палатах и дворцах! Так что молчи отрок и джинна не гневи! – старик свёл брови у переносицы и плотно сжал губы.

 

 Наступила долгая пауза. Чтобы прервать молчание, я произнёс первое, что пришло на ум: 

- Да-а-а, уважаемый джинн, потрепала вас жизнь.

   - Кто жизнью бит, тот большего добьётся, - философски изрёк Хоттабыч, накручивая на указательный палец реденькую бороду.