Учитель под прикрытием.

Пока он только ребенок, обычный на первый взгляд трехлетний малыш, растущий в глуши восточных лесов и болот. Но настанет день, когда в нем пробудятся силы, и тогда…

Тогда нам всем надо быть готовыми к отпору. А пока… Пока борьба уже началась. И ваш покорный слуга волей судьбы оказался в нее вовлечен. Что-то происходило в стенах моего родного Колледжа. Что-то подозрительное. Увы, отцы-инквизиторы не имели права просто прикрыть его – это вызвало бы не просто недовольство, это спровоцировало бы войну Гильдий, ведь уцелевшие ведьмаки и некроманты пошли на сделку с инквизиторами просто потому, что те пообещали открытым текстом: «Вы помогаете нам, переходите на нашу сторону и становитесь слугами народа, а мы разрешаем вам учить детей».

 

Дети. Наше будущее. Ради них человек пойдет на все. 

А у меня были дети. Трое детей от трех разных женщин. А также Динка, моя воспитанница. И все остальные дети, которыми так легко манипулировать. И я не мог оставаться в стороне. Я должен был узнать, кто и что готовит из студентов Колледжа.

Пока мне надлежало лишь наблюдать и делать выводы, регулярно отправляя отчеты своему начальству. Но последние события – странный труп на «чистом» месте, предназначенном для кладбища, исчезновение пророчицы, а также гибель княжича Измора Претич-Дунайского все изменили. 

Ну, или почти все. Жизнь в Колледже продолжалась, несмотря ни на что.

Стук в дверь. 

- Извините, но я должен поговорить с моей воспитанницей, Динкой Куббиковой. 

Дюжина пар глаз уставилась на замершего в дверях меня.

 

- Вам нужна студентка Куббикова? – болезненного вида профессор-травник нахмурился и перевел взгляд на студентов, щуря глаза. – Но ее здесь нет.

- А где она? – последний раз, насколько помню, девушку я видел в подвале, возле тела убитого княжича. Потом в суматохе потерял ее из вида – надо было успокаивать студентов, выставлять вокруг тела оцепление, решать кучу других вопросов. Потом пришлось возобновлять занятия, спешно составлять докладную записку в монастырь Инквизиции и еще одну, лично для пра Михаря, который, хоть и перестал быть моим личным наставником, но все-таки оставался близким человеком.

 

- Лично мне это не известно, - проскрипел травник. – И я буду весьма вам благодарен, если вы закроете дверь с той стороны! Вы нам мешаете. У нас важная тема.

Как помнил по своим студенческим годам, каждый преподаватель считает свой предмет самым важным и готов отстаивать его необходимость с пеной у рта.