Учитель под прикрытием.

Тебя просили передать Измору Претич-Дунайскому записку…

Она поняла.

- Н-ну… да. Эта ведунья, в которую он был влюблен. Она меня остановила и…попросила…

- Он был влюблен, - повторил я. – А она? Та ведунья? Как по-твоему, она его любила? Со стороны всегда виднее. Любила его та девушка или просто играла его чувствами – мол, ей нравилось, когда за нею парни бегают? 

Дануська задумалась. Честно задумалась – я видел это по изменениям ее ауры. Трудно считывать ауру у живого и здорового человека, если ты не прирожденный целитель.

Но «боевичка» не была здоровой. 

- Трудно сказать, - наконец, произнесла она. – Вроде он ей нравился… но не так сильно, чтобы…

- Чтобы остановить на нем свой выбор? 

- Да. 

- Но он не был ей в тягость? 

- Нет, конечно же, нет! 

Я не стал говорить, что Динка еще в детстве была такой – как только ее увезли с хутора, где прошло ее сиротское детство и отдали под опеку добросердечной госпожи Гражины, мечтающей о детях, малышка расцвела.

И ее сила стала проявляться, как предсказывала та ведьма, Белая Дама. Динке повезло, что она оказалась у нас на воспитании – теперь у меня не оставалось сомнений, что Белая Дама обратила бы привлекательность девушки во зло. И тогда моя воспитанница обязательно закончила бы жизнь на костре…

Впрочем, это ей и так грозило из-за обвинения в убийстве. Так что, увы, можно сказать, что это ей было на роду написано. Мы с мэтром Куббиком могли лишь отсрочить приговор или смягчить его, но…

Но нет.

Я не собирался опускать руки. Кто сказал, что судьбу нельзя переписать от руки? 

- Значит, у них все могло бы сложиться?

- Да, если бы не тот третий. Он вечно мешал им договориться. Вставал у них на пути…

- Торвальд. Его зовут Торвальд. Он с факультета…

- Не важно, с какого он факультета, - отмахнулась Дануська. – Он – темный тип. Когда я его видела, мне всегда хотелось как следует ему врезать. Просто за то, что он есть. Но… с ним ведь ничего не случилось, нет? – запоздало забеспокоилась она.

- Ничего. Пока ничего. И, смею надеяться, не случится, поскольку еще одного трупа Колледж явно не переживет. Но то, что ты сказала, весьма важно. Так, значит, Динка Куббикова попросила тебя отнести записку Измору Претич-Дунайскому, ты согласилась и записку отнесла?

- Да. 

- А больше ее никому не показывала?

- Н-нет…

Заминка. Врет. По ауре видно, что врет. Эх, жаль, я не умею мысли читать! Это ведунов просить надо.