Учитель под прикрытием.

Какой из Горбжища заговорщик? Наверное, опять запил…

- Вот-вот. Запил, спьяну начертил не так пентаграмму, ему явился какой-нибудь важный бес из Бездны, что-то нашептал…

Хм. А ведь в это можно поверить быстрее, чем в убийство из ревности! И мэтр Горбжищ мог быть причастен к исчезновению Верины Кит – если прорицательница действительно увидела смерть Измора Претич-Дунайского и могла предупредить его и остальных. Сам профессор мог задавать ей вопросы о своем будущем, и тут можно придумать несколько вариантов – либо Верина Кит отказалась ему пророчествовать, и он решил ее наказать, либо она напророчила такое, что он ужаснулся и решил отомстить женщине.

Труп нерожденного младенца, душа Измора и массовое убийство собак могли быть частью его плана. Так-так-так, Згаш, кажется, уже что-то начало вырисовываться.

- А?

Мэтр Визар тронул меня за руку.

- Вы тут все приберете, если я отлучусь? Мне надо хотя бы мантию сменить перед началом нового занятия!

И он выскочил за порог прежде, чем я успел кивнуть.

Что ж, мне уже приходилось в прошлом убираться за собой.

Люди, как правило, не любят, когда после магического обряда что-то остается «на память». Особенно если обряд проходил в помещении. Следы мела на полу, россыпь сухих травинок, всякие там пятна, запах курильниц – часто некроманту, явившемуся на вызов по поводу неупокоенного мертвеца, приходится самолично все это подчищать. Так что я привычно принялся за дело, заодно не отказав себе в удовольствии поближе познакомиться с телом.

Да-да, впервые за неполные двое суток мы остались наедине.

До этого рядом толклось слишком много народа. А я был некромантом, бесы меня побери!

Осторожно провел ладонью над головой Измора. Смерть уже исказила черты его лица – заострился нос, провалились глаза, приоткрылся рот, неприятно оскалив зубы. Ногти посинели и слегка удлинились – по счастью, от естественных процессов, а не потому, что труп мог мутировать в упыря. Кожа обрела желтоватый цвет, появились трупные пятна. От тела исходил слабый душок тлена.

Аура не читалась.

То есть, она была, я это чувствовал, но от нее остались такие жалкие клочки, что собрать их в нечто цельное не представлялось возможным. Как если бы от полного текста книги осталось несколько сотен слов, к тому же набранных в случайном порядке. Такое бывает только в двух случаях – если смерть наступила давно, и если она была долгой и мучительной, да еще и «приправленной» магией. Да, допросить труп шансов не было. Но все-таки… Хм… его руки… кисти рук.