Сновидение

Все это после того, как машина врезалась в дерево и в ней лежали трупы.

– Я знаю, что я видела, что пережила. Мы собирались уезжать. Моя дочь положила котенка в свой чемодан.

– Зачем бы Фредди это делать? В этом нет никакого смысла.

Абигэль снова взяла фотографию дерева. Вырезанный глаз… Время… 3:43.

– Для него смысл есть. Мы знаем, что одежда играет важную роль в его образе действий. Это ее мы находим в мизансцене, запятнанную кровью, изрезанную ножом, а не детей. Он, возможно, не устоял перед искушением открыть чемодан Леа и порыться в ее вещах.

Мы не знаем, почему он похищает этих детей и что с ними делает, зато знаем, что он любит играть, выводить из равновесия и провоцировать.

– Может быть, но зачем ему было трудиться класть ключ на место?

Она не дала себя сбить и ценой колоссального усилия продолжала свои умозаключения, несмотря на логический сбой, который подчеркивал Патрик Лемуан.

– Чтобы мы задались таким вопросом, может быть? Чтобы поиграть и доказать нам, что у него все под контролем, что он не боится? Если он был там в ту ночь, значит помощь он не вызвал.

Наоборот, остался возле машины, спокойно смотрел на тела Леа и моего отца… Мы знаем его самообладание, никогда он не поддается панике, даже перед непредвиденным. А эта авария и была тем самым непредвиденным. Кто угодно среагировал бы, вызвал «скорую» или убежал. А он – нет, он остался… Может быть, в ту ночь он и вырезал надпись на дереве, как знать? Он подошел ко мне, узнал меня… Представьте себе: он знает благодаря прессе, что я работаю над делом, и находит меня там, бесчувственную, лежащую на земле перед ним. Вообразите же, какой восторг овладел им в тот момент. Он держит мою жизнь в руках, имеет надо мной полную власть…

Она задумалась над этой новой гипотезой: Фредди мог бы ее убить, но не сделал этого. Охотника интересует охота, а не сам акт убийства, он – лишь заключение. Пока длится охота, не спадает возбуждение. Патрик сохранял спокойствие, подперев руками подбородок и задумчиво глядя на психолога.

Он нащупал интересную, неожиданную ниточку и ни за что не хотел ее упустить, какой бы странной она ни казалась.

– Ты уснула за несколько секунд до удара, – сказал он. – Авария произошла в 3:43. Рабочие нашли тебя без сознания, в пяти метрах от машины, в 6:37, то есть почти три часа спустя. Ты твердила и Пальмери, и Фредерику: ты не знаешь, что произошло, и понятия не имеешь, как оказалась снаружи, невредимая.

Абигэль молчала, не вполне понимая, куда он клонит.