Фесмаб

Вдали на противоположном склоне тропа выныривала на солнце и скрывалась в траве. Решили отдохнуть здесь в тепле — место не простреливается, и ноги пока сухие.

Лёжа на боку, Таня ощущала, что рёбра при каждом вдохе болели всё меньше. Она создала вьюв и подняла над оврагом — Серов, конечно, наблюдает не только за РБМ, но и за округой, но лучше его подстраховать.

В середине груди отдалось тупой болью. Таня сипло потянула воздух, грудь сжалась и кашель вытолкнул в пасть комок слизи и пулю. Таня перехватила встревоженный взгляд Кости, покатала пулю во рту, чтобы очистить и показала между зубами мятый кусок свинца.

— Знатный грузик, — проворчал Костя.

“Да, такой и под землю утянет. Положи мне в ошейник — при случае надо вернуть владельцу.”

Через некоторое время Серов мигнул направленным радиосигналом — предлагал глянуть со своего вьюва. Подключившись, Таня увидела среди голых берёз засаду охотников.

Одетый в пятнистый камуфляж немолодой мужчина скрючился у дерева на левом боку, рядом шурша палой листвой встревоженно суетился чёрно-белый небольшой пёс — поскуливал, тихонько тявкал, тыкался носом в правую руку, сжимавшую бинокль.

Охотник медленно приходил в себя и, постанывая, левой рукой зачем-то прижимал кепку к лицу. Другой охотник в такой же одежде всё ещё спал на животе, опустив непокрытую лысоватую голову на приклад винтовки. На его спине белыми буквами по пятнистому камуфляжу было выведено “РБМ”, на левой руке виднелась нашивка — глаз с вертикальным зрачком в языках пламени. Рядом лежал рюкзак.

Наконец, пёс растормошил хозяина. Тот привстал, ошалело глянул по сторонам. На вид ему было за пятьдесят.

— Дим, ты жив? — прохрипел охотник, нахлобучивая кепку. — Гусев?!

Он подполз к Гусеву, потормошил его за плечо. Тот дёрнулся и, смачно ругаясь, перевернулся на спину, показывая немолодое усатое лицо. Точно, Ильин и Гусев, именно они приходили к Афанасию Петровичу.

— Не ори. Жив я. Как я, блин, этот сраный ошейник не заметил? — проворчал Гусев.

— Чё ошейник?! Эти уроды же знают, что мы ищем оборотней! Спецом шоле рассекают в таком виде и без формы? Как мы их отличать должны?

— Фёдор, не шуми.

У фесмаба шмот только на двуногих. — Гусев сел и начал осматриваться. — Сам посуди, кто ещё здесь будет ходить с ошейником? Титова и её кореш, чтобы нам их паковать легче было? Они с придурью, но не настолько. Лесным обротням ошейник нафиг не сдался. Разве какой приколист на волка оденет, но грош нам цена, если мы оборотня от волка не отличим по повадкам.