Фесмаб

Серый в опускающихся сумерках, он сливался с небом. Только на западе, тучи расступались алым, дозволяя солнцу напоследок окрасить вершины далёких гор. Дорога почти незаметной колеёй вела вперёд, где у обрыва под глазурью занесённой крыши темнел старый кош. Выглядел он нежилым: ни дыма из трубы, ни даже тепла из окон, — Серов специально глянул в инфракрасном диапазоне. Но, вереку и в таком будет хорошо, ветра нет и ладно. Тем более, отшельнику, который мог бы и в шалаше устроиться.

Не доходя коша, они перекинулись в двуногий веречий облик — так было энергетически выгоднее, чем полностью в человека.

Всё равно, потом обратно идти. Только закончив, Таня подбежала к краю обрыва:

— Костя, гляди, как здесь красиво!

Внизу, на дне глубокого каньона среди заснеженных камней шумела не замёрзшая река. На той стороне темнели зубцы хвойного леса, за ним в прозрачной дали алели всё ещё освещённые горные хребты.

Мимо коша через снег и ледяную корку к обрыву бежал ручеёк. После долгого перехода вода была очень кстати, особенно жидкая.

Неугомонная Таня прошлась вверх, нашла исток:

— Тут родник! — принялась она лакать.

— Не пей, простудишься. Кстати, хозяин, поди, нас заметил и ждёт. — Константин присел, разгрёб ледяную крошку и начал пить прямо из русла.

— Может это волшебная вода, и она мне человеческий облик вернёт? — не унималась Таня.

— Тогда, точно простудишься.

— Это да.

У порога свежих следов не было — все занесены снегом, значит хозяин не выходил. В коше царил сумрак, чувствовался запах дыма, верека, разной химии.

Никто не встречал, не было ни звука, ни тепла. На столе и стеллажах блестели круглые и прямоугольные аквариумы, будто бы с мусором и странной паутиной. Серов присмотрелся к одному — это не паутина.

Зеленые холмы с цветами, меж них застыла прозрачная река, укрытая легким туманом. На низеньком берегу пил воду вороной конь. Рядом встала на дыбы гнедая лошадь. Виднелся каждый волосок гривы, каждая капля росы на траве. И всё это словно живое под утренней лёгкой дымкой.

Татьяна склонилась над аквариумом, с интересом разглядывая миниатюру. Константин, уловив её вопросительный взгляд, подсказал:

— Поверхности в аэрогеле созданные краской. Потому и агеларт. Ты в магазине такие не видела что-ли?

— Мельком.

Насмотревшись, Таня отправилась дальше, обходить кош. Тихонько осматривала другие агеларты и вдруг ойкнула:

— Он… мёртв, — донёсся её возглас из-за стеллажа с аквариумами.

Серов поспешил к Тане.